Психическое как цель, средство и самоценное для субъекта

Неоспоримый приоритет социального над индивидуальным, сведение индивидуального к "личностного фактора" и одновременно нивелирования личности определили в последнее время общую ориентацию отечественной психологической науки на выяснение и обоснование социальной природы психики, разработку теоретических и экспериментальных моделей воспроизводства социальной сущности человеческого индивида как "совокупности общественных отношений ".

Указанная научно-предметная парадигма, можно считать, определенным образом выполнила свою миссию и сегодня уже тормозит дальнейшее развитие психологической науки. Главным моментом при этом выступает традиционное отношение к психике только как к средству, носителя социальных качеств человека. Проблемы самосознания, рефлексии психического в конечном итоге при таком подходе направляются на выяснение того, что мешает человеку качественно выполнять свои или поручены ей социальные роли, быть субъектом учебной, трудовой, познавательной и других видов общественно-полезной деятельности. Самоценность психической жизни для человека при этом традиционно не обладает ведущего места в предмете психологии.

В результате возникает определенным образом парадоксальная ситуация. С одной стороны, признается большое значение уровня развития психики, ее кондиций для человека как общественного существа, а с другой - психика берется только в статусе средства. Психическое как такое в своих высших проявлениях актуализируется в формах сознания и самосознания, душевности и духовности, а.також личности, индивидуальности, субъектности и одновременно не рассматривается с позиций аксиологического подхода.

Аксиологический аспект предполагает, в отличие от гносеологического и Праксични (уже в значительной мере выполнили свою историческую роль в статусе предмета психологии), ответ на вопрос о смысле психического для человека, его самоценность в противовес и в дополнение тем ценностям и смыслам, которые идут от ситуации , определяются субъектом как внешние.

Следовательно, преодоление указанного выше парадокса возможно при условии осуществления мотивационного выбора предмета психологии в пределах ценностной парадигмы психического.

Утверждение о том, что высшая психической жизни должно быть предметом психологической науки, означает, что именно в этом направлении наиболее реально также найти путь решения противоречий, которые определяют нынешнюю ситуацию психической жизни человека.

Проблема самоценного как такого - это прежде всего проблема мотивации бытия, конкретизируется в глубоких поездах к единению с миром и разотождествления ему, индивидуализации.

Эти диалектически связаны между собой мотивационные тенденции в зависимости от условий, складывающихся уступают место друг другу и тем самым определяют то, что является самоценным "здесь и сейчас". Тенденция, которая доминирует сегодня, определяет самоценным психическое, внутреннее, личное. А следовательно, первым мотивом, логически должен быть избран психологией и цилепокладений ее предметом, является мотив само-различения психического как бытия.

Вот как рассматривает этот аспект Э.Гуссерля: жить как "Я - субъект" означает проживать многообразно психическое. Однако жизнь, которую мы проживаем, так сказать, анонимное, проходит, но мы не направляем на него свое внимание. В состоянии бодрствования мы всегда заняты то тем, то другим, причем на низком уровне - непсихических. Например, воспринимая, мы заняты воспринятым ветряной мельницей, направленные на него и только на него, в упоминании мы заняты тем, что помните, в мышлении - мыслями, в волевом стремлении

- Целями или средствами. Действуя таким образом, мы ничего не знаем о жизни, разыгрывается при этом, о его разнообразные свойства, которые являются очень существенными для нас. "Только рефлексия, обращение взгляда от непосредственно тематического, - подчеркивает Гуссерль,

- Вводит в поле зрения именно психическое жизни ".

Мотивация саморозризнення психического входит в предмет психологии онтологическим аспектом, предполагает переосмысление природы психического как формы бытия и как "внутри-бытия", обоснование необходимости психического как "мыслящей материи", феноменологическое воспроизведения особенностей исторического и онтогенетического существования психики человека в его гармонии с окружающим миром , обществом, другими носителями психической жизни и в автономии от никак психического как самоценной идеальной реальности.

"Различая" в себе психическое как бытие, как внутренний мир, индивид "присваивает" и противопоставляет себя ему в форме субъектности, а именно: как субъект самосозерцания и самопознания, как носитель интенции к проникновению в глубины власногоьпсихичного, его индивидуализированную сущность.

Итак, направленность индивида как субъекта на познание собственной психической жизни составляет гносеологический аспект предмета психологии, но аксиологических (ценностно-мотивационным) акцентом. Самопознание здесь отличается субъективной страстностью, острой заинтересованностью в истинности и ответственностью перед собой объективность его результатов: меня интересует не абстрактное знание о психике вообще, а знания об особенностях и сущность именно моей психики, моего психического жизни, неповторимого, индивидуального, тождественного мне самому.

Самосозерцания, саморефлексия, самопознания своего внутреннего мира имеет самостоятельную ценность для человека. Однако психология сегодня не может ограничиться только познавательным аспектом. Значимость психологического фактора, самоценность психической жизни все больше растут в практике человеческой жизни. Поэтому в предмет современной психологии не может не войти Праксични аспект, который раскрывается проблемой индивида как бережливого носителя, старательного хранителя и вдохновенного творца собственной психики.

Субъективное - это то, что принадлежит субъекту, субъект - носитель субъективного. В этой связи основным является вопрос о мотивах идентификации индивида с собственной психикой, о степени "присвоение" тем его сфер, которые тяготеют к автономии (скрытые поезда, инстинкты, комплексы, защитные механизмы и т.д.). Одновременно это и проблема мотивации сохранения нетождественности субъектного ядра и психики в целом (которая включает в себя и именно это "ядро"), сохранение необходимой дистанции между "носителем" и тем, что он "несет".

Как носитель психического индивид проявляет субъектную направленность на сохранение имеющегося, достигнутого уровня развития психики, выработанных стереотипов функционирование ее механизмов в их целостности. В предмете психологии - это проблема обеспечения целостности психики, поддержание человеком на должном уровне своего психического потенциала, психического здоровья и тому подобное. Однако диалектика психической жизни требует органического сочетания процессов сохранения и изменения. Одно не возможно без другого.

Когда речь идет об изменениях, происходящих в психической жизни, то выделяется несколько критериев дифференциации. Так, одни изменения происходят непроизвольно, другие - на произвольной основе, осознанно или на неосознаваемых уровнях, как рациональные или иррациональные процессы. Однако высшим уровнем, диалектически снимает в себе все упомянутые, является уровень сознательного создания субъектом собственного психического мира, внесения в него новых смыслов, обнаружения скрытых резервов, индивидуализации внутреннего, субъективного, включение в развитие новообразований, поддержание целостности психики в различных условиях ее функционирования и развития.

Проблема субъективных источников, детерминант, движущих сил са-мотворення психики, которые сами развиваются, логично исчерпывает, подводит определенный итог тому, чем мотивационная парадигма входит в предмет психологии.

Дальнейшее определение предмета психологии отражает проблему трансформации мотивации в конкретные цели процесса самопознания и самосозидание человеком как субъектом собственной психики, определения и использования соответствующих им средств и способов, а также учетом условий и различных факторов, способствующих или препятствующих этому процессу.

Современная отечественная психология в целом признает методологическое положение о том, что психические явления следует принимать в их "самодвижении", "спонтанийному развития", в "их живой жизни". Правда, и сейчас некоторых пугает опасность оказаться в лагере "идеалистической" психологии. Однако, как известно, именно идеалистической философией и психологией сделано множество в раскрытии диалектики психической жизни.

Здесь уместно привести мнение Гегеля о механизме самосозидание. "Внутренней, - пишет он, - есть такая необходимость, которая имеет свои средства в себе самой. Да, жизнь есть самоцель, оно делает само себя целью, и то, что является целью, является также и средством ... Поскольку субъект созидается в себе, у него есть цель: в самом себе иметь свое средство ... Но самоцель одновременно вступает в отношения внешней целесообразности ... Таким образом, внутренняя целесообразность имеет отношение к внешней ".

Признание психической причинности, спонтанности психического отнюдь не означает отрыв его от материального мира в его природных и социальных определениях, если в самой структуре психической жизни конституируется субъектно-деятельностная основа как его источник и регулятивно-направляя начало, является психическим по своей природе и одновременно наполнено социальным содержанием, именно детерминирует и осуществляет свое развитие непосредственно и опосредованно - через инициативную взаимодействие с окружающими. Именно субъект, по мнению К.О.Абульхановои-Славского, выступает потенциальной возможностью нахождения новых способов соотношение с объектом в познании, деятельности, общении и потенциальной возможностью изменения самого себя.

Итак, психология имеет не только объяснять внутренний мир, но и

выяснять закономерности и механизмы взаимодействия индивида как субъекта со своей психикой, учитывая как деятельностные (эффективность, оптималь-ность, производительность и др.), так и этико-эстетические критерии, руководствуясь правилом «Не навреди себе!". То есть речь идет о включении в предмет психологии вопрос разработки технологий взаимодействия индивида с собственной психикой с целью ее сохранения и защиты, восстановления утраченного психоэнергетического потенциала, саморазвития и дальнейшего самосовершенствования (начиная от психофизиологических функций и заканчивая высокими сферами духовной вчинковости).

Основное направление психологических исследований здесь должна формироваться на идеи спонтанности как внутренне мотивированного активности создания субъектом своего психического мира и себя как его "ядра", "ячейки" по природным общечеловеческими законами истины, красоты и добра.

Создание своего внутреннего мира, мира психики, мира сознания, личности, индивидуальности, субъектности, одухотворенной телесности не может осуществляться как процесс, ориентированный на конечность. Внутренний мир, как и внешний, не ограничен пространственными границами, однако предопределено во времени. Психическая жизнь безгранично, но не вечно в себе. Это противоречие порождает проблему смысла как своеобразный для человека "эффект последействия", а следовательно, требует введения этого аспекта как относительно самостоятельного в предмет психологии.

Процесс самосозидание порождает необходимость самопознания как рефлексию и реакцию на изменения, вызванные нарушением внутреннего равновесия (нередко и преднамеренным со стороны самого субъекта), что в свою очередь освещает новые горизонты неизведанного в себе, порождает психологические гипотезы, вдохновляет на новые акты самосозидание.

Не сразу и не всегда, но сами эти диалектически связаны между собой виды самоактивности приобретают для человека большое значение, становятся смыслом его жизни. Все подчиняется мотивации самопознания и самосозидание, приобретает значение условия, среды или средства, но не причины. "Я - творец" оказывается в организации смыслового круга, становится смыслом смыслов.

Предельная смысловая "Я - центрация" является исходным и конечным пунктом жизненного пути человеческой души, возвышается до уровня Духа. Между ними - бесконечная спираль действий, событий и поступков, самообвинений и само оправданий, разочарования в себе и уверенности в своей неотразимости, падений и катареистичних очисток.

Только человек-субъект, который мыслит себя целью, способна относится к другому как к цели, распространяя на него свое ценностно-целевое отношение самопознания и самосозидание.

Таким образом, предмет современной психологии определяет в психике (объекте) как самое существенное ценностно-целевое и дияльниснотворче отношение индивида к собственной психики и к себе как к ее субъекта.

Однако ориентация на собственную психику как на ценность должна быть органическим дополнением к ориентации на все остальное, что ценно для человека и содержится в окружающем мире. Ведь именно дисгармония в отношении к себе и другим является нередко причиной регрессий и психических патологий.

Итак, растущий интерес человека к особенностям своего психического жизни, наблюдается в современном обществе, не является признаком его болезненности, а, безусловно, является результатом постепенного духовного раскрепощения, освобождения от диктата среды и одновременно более или менее добровольного переноса на себя ответственность за собственную жизнь , в том числе и психическое, за свой жизненный успех, за возможность реализовать определенный для себя смысл жизнедеятельности.

 
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   След >