Поступок как единство индивидуально-психологического, общественно-исторического и логического.

Поступок, как и любая другая единица бытия, подчиняется идеи становления, находится в постоянном развитии, приобретая новые качества и вовлечь себя в новых формах. Это касается генезиса поступка в истории человеческой культуры и генетических его трансформаций в индивидуальной жизни человека.

Объединяет эти генетические векторы логика поступка - то, что составляет его внутреннюю сущность, источник и движущую силу саморазвития.

Анализ истории человеческого общества позволяет определенным образом выяснить эту логику и прийти к определению поступка как процесса высвобождения человека от внешних детерминаций и обусловленности, от роковой определенности ситуацией существования. Через поступок человек, преодолевая сопротивление истории, возвышается к самому себе, к своей сущности как существа, создает свой жизненный мир и себя в этом мире.

Поступок - это и средство, и цель исторического развития человечества. От поступка, через поступок, к поступку - именно такой видится логика духовно-психологического развития человеческой цивилизации. Однако можно утверждать, что и логика развития конкретной личности имеет такую же "формулу жизни".

Так, первобытный человек, как и ребенок, проявляет огромную зависимость от ситуации. Обе включены в эту ситуацию несмотря собственную волю и желание, растворенные в ней. Движущие силы любой своей активности такой человек находит снаружи и вынуждена подчиняться им. У нее не существует выбора для поступка, а следовательно, ответственности за себя перед собой. его право равен обязательные подчиняться внешним требованиям.

Со временем в истории возникает (уже как результат рефлексии такой "произвола ситуативного») идея рока вместе с представлением о определенность. Платон и ВСК учение о анамнез (припоминание) как обращение к прошлому и аристотелевское учение о энтелехию (целесообразность) как обращение к будущему - оба основываются на идее изначальной определенности. Имплицитно все будущее существует в настоящем, а настоящее в прошлом. Цель закодирована в индивиде, и он в поступке приходит к самому себе, к исходной точке. Поступок на почве фатализма изначально и окончательно закодировано. Избежать определенности нельзя.

Подобную ситуацию наблюдаем и на ранних стадиях развития человеческого индивида, жестко ограниченного разного рода табу, отрезком между "можно" и "нельзя".

Авторство, инициатива заключаются лишь в том, чтобы выяснить, что именно определено, что можно и нельзя делать, и беспрекословно подчиняться требованиям ситуации.

На фоне фаталистической психологии порождается представление о магическом связь всего со всем. Магические знаки и различные ритуальные действия, связанные с ними, является подтверждением существования сил, властвующих над человеком. Так возникают в истории человечества мифы, а в истории детства занимают свое место сказки о всемогущих колдунов, которые могут быть хорошими или злыми, и от чьей воли зависит, какой будет у сказки финал - хороший или плохой.

Итак, здесь поступок с его мотивацией, действием и последействием еще ситуативным, он определяется ситуацией и подчиняется ее требованиям.

Ситуативный этап в историческом развитии вчинковости завершается и сказывается коллизией, в основе которой - противопоставление, поляризация двух миров, двух образов жизни - греховного и святого, человеческого и божественного, телесного и духовного. Совершать - значит тянуться от греховности к святости, которые как критерии все-таки определенные извне.

Для ребенка коллизионная ситуация определяется очень схожими с вышеприведенными критериями непослушания и послушания. О послушную не случайно говорят: "праздника" ребенок, "золотая" ребенок, подчеркивая максимальное соответствие его поведения заданным нормам.

В эпоху Возрождения основное противоречие исторического развития поступка заключалась в попытке определиться зависимости и независимости ситуации от человека. Интересно отметить, что именно так сформулировать основное противоречие этого исторического периода можно было только на основе кардинальной переориентации относительно движущих сил человеческого поведения, которые уже виделись не в фаталистическое влиянии ситуации, а в том, что человек сам себе возлагает свою судьбу. Здесь начинается мотивационная эпоха исторического становления поступка.

В истории индивидуальной вчинковости тоже наблюдается период, когда к тому послушный ребенок вдруг заявляет "я сама", утверждая тем самым начало периода, когда действия и поступки все отчетливее находят свой источник и движущую силу в ней самой, а не во внешних стимулах. Этот период в развитии ребенка стоит тоже назвать "эпохой возрождения", потому что именно в это время человеческий индивид впервые сознательно разрывает оковы ситуативной зависимости на пути утверждения самости, самобытности.

Мотивационная парадигма в любом измерении - в истории человека или истории человечества - означает, что на определенном этапе развития согласно его логике возникают необходимость и возможность, право и обязанность самоопределение в выборе стратегии и тактики поступков действий.

В истории человечества принятия решения как особый принцип мотивационного уровня становления поступка охватывает XVII в. и период Просвещения.

В истории индивидуальной жизни - это тоже года обучения, "просвещения", когда включается в развитие поступков способность к принятию решений на основе собственного мотивационного выбора.

Не случайно проблема действия возникает в психологии именно XIX и XX вв. Ведь это исторический период, трудно сравнивать с чем-то другим, чем активная, творческая, преобразующая, революционное действие. Как огромный потенциал, накопленный предыдущей историей, должен был по каким-то внутренним законом "взорваться", превратив человечество в сплошь неутомимого "производителя общественного продукта».

Человеческий индивид, достигая зрелого возраста, претендует прежде всего на определение его как "деятеля", что утверждается в своей способности действовать, творить, создавать, воплощаться в продукте.

Новая эпоха в историческом развитии поступка определяется переживанием противоречия между действием и смыслом, попыткой осмыслить вдиене, совершенное, дать ему оценку и привлечь к суду истории все ложное, неправедное, преступное. Однако акция исторического самосуда и самонаказанию не исчерпывает и, наконец, не определяет сущности поступков последействия.

Завершающим аккордом, подводит промежуточный итог процесса исторического становления поступка, является достижение обществом развивающейся состояния катарсиса, внутреннего очищения. Это достигается путем осознания обществом своих истинных Ценностей и выяснения истинного смысла своего общественного бытия.

Именно Катаре и ч не переживание как способ обратной связи закладывает основу для выработки нового установка на поступок, создает духовное основание следующего вчинкового проекта исторического развития человечества.

"По плодам их" познает себя и человек, подводя итоги своего жизненного пути. И здесь мы наблюдаем драматизм самозви-вание с его катарсический "эпилогом", что становится основой, духовной основой вчинкового "запевал" для тех, кто начинает свой жизненный путь.

Итак, история индивидуальной жизни человека и история общественного развития, имея свою специфику, подчиняются единой логике становления поступка в его самом общем определении.

Однако индивидуальная жизнь не только соотносится, но и противостоит социальному. Так, в свое время противопоставлялось естественное и социальное в человеке. Ж. Руссо, Кант, Сковорода, связывая с естественным то чистое, что есть в человеке, требовали защитить ее от нездоровых влияний общества, социальных деформаций. Позже Фрейд, В. Райх, КЛоренц и другие также сосредоточили внимание на антагонизме индивида и общества, рассматривая последнее не иначе как враждебное окружение, несет в себе опасность психических заболеваний. Итак, поступить - в таких условиях означает противодействовать давлению общественного окружения, отстаивая свою природную чистоту и совершенство.

Другие, не менее выдающиеся психологи "монтируют" социальное в естественное, отстаивая приоритет социального в человеке. "Коллективное бессознательное", "архетипы" К. Юнга оприроднюють социальной детерминации психического развития человека и его поведения. В такой интерпретации поступок предполагает, наоборот, согласование индивидуального и социального через интеграцию сознательного и бессознательного в самом человеке.

Определенный познавательный интерес по выявлению индивидуально-психологических и общественно-исторических источников вчинковости составляет идея пассионарности, развитая Л.М.Гумильовим. Сущность этой идеи состоит в том, что источником возникновения и движущей силой развития этносов является накопление "критической массы" пассионарных личностей - людей, способных на самоотречение, склонных к "антиинстинк-тивной" поведения. "Пассионарии" - аккумуляторы и носители волевой энергии, энергии поступка, "производится" обществом, в котором наращивается экологический, политический, идеологический, экономический дисбаланс, растет напряжение, углубляется кризис, дизадаптации и тому подобное. Именно благодаря деятельности этих людей, к которым относятся революционеры, изобретатели, проповедники и др., Общество обновляется, излечивается от своих болезней, восстанавливает баланс со средой и гармонию с самим собой.

"Энергетический" подход к объяснению источников и движущих сил, лежащих в основе развития человеческой цивилизации, предлагает Тейяр де Шарден, когда говорит о "радиальную" энергию эволюции ноосферы, называя ее еще "натиском сознания".

Однако и в первом, и во втором случае речь идет не о развитии и приобретение совершенства через совершение, а скорее о психическом защиту человека, сохранение того, что в ней есть здорового и положительного от природы, о восстановлении энергетического равновесия.

Конкурирующие парадигмы биопсихической и социопсихичних детерминации поступков активности человека снимаются в идеи самостворюючои причинности (В.А.Роменець), к которой объективно подводят историко-психологическую мысль научные работы СЛ.Рубинштейна, М.Г .Ярошевсь-либо, а перед ними - В.В.Зенькивського.

Это идея самопознания и создание человеком самого себя и мира, в котором она существует, из-за выхода в трансцендентное, потустороннее, сверхсознательное, поступи от уальне и возвращения в посюстороннего, проникновение в личное, одухотворение его и, опять же, самообогащение через неповторимую жизнь как поступок, как единственную в своем роде событие. Человек, который ответственно совершает, при таких условиях действительно оказывается в центре исторического процесса, двигая его по пути своего самопознания и самосозидание.

Следовательно, именно в таком направлении видится принципиальная возможность продуктивного сочетания индивидуального (психологического), исторического (социального) и логического (вчинкового) аспектов единого процесса становления мира человеком.

 
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   След >