Выход за пределы себя.

Чтобы видеть себя, человек вырывается наружу; его сознание становится самой свободой, что покидает внутреннюю жизнь, становясь порывом за собственные пределы. Только личность на определенном уровне развития, стадии зрелости может заглянуть за свои границы, за пределы настоящего, своей биографии, индивидуальных предсказаний.

Если признать, что реальный мир никогда нельзя полностью, до конца осознать, если признать его таинственность, обаяние, самодостаточность, то становится понятной фантастичность абсолютного, целостного самобачення. Как подчеркивает Сартр, именно Гуссерль в пределах феноменологического подхода отказывается от рассмотрения познания как "обгрызание" вещи до самой субстанции. Гуссерль возрождает мир художников и пророков, что на нас непосредственное эмоциональное воздействие. Этот мир не растворяется в сознании, его вещи имеют свою мощь, свои чары. Человек обречен рваться за свои границы, искать себя в столкновении с этим загадочным миром, не ассимилируется сознанием, не может быть полностью ею усвоенным.

Познать себя - это одновременно познать и дух, которым исполняется каждый человек, познать то вечное, к которому она стремится. Вглядываясь в себя, погружаясь в свой внутренний мир, личность может задохнуться от сомнений или отчаяния. Единственный путь к себе - воспарения над сознанием, поиск сверхсознательного, открытие своей трансцендентности. Трансцензус - это бесконечный выход за собственные пределы, это самая высокая свобода саморазвития.

В структуре личности, по ютом, является специфический компонент, его называют самостью. Самость противопоставляется персоне, что представляет собой компромисс человека и общества, маску коллективной психики. Персона - это собственное "Я" глазами окружающей среды, тогда как самость - подлинное бытие человека, его глубинная сущность, уникальный центр, вокруг которого структурируются все индиви-дуально-личностные свойства. Лицо может быть "социальной кожей", поверхностной коммуникативной ролью, тогда как самость - это самая высокая полнота человеческого естества, сокровенная натура. Только гений, по Юнгу, позволяет собственной самости, то есть настоящий личности, прорасти сквозь маску личности наносной.

Человек существует в мире, в своем теле, в душе, в духе, она, как пишет Б.Вышеславцев, собственно бессознательное, личность, судьбу и характер. Это и есть его имманентность, то есть посейбичнисть. Моя душа, мое тело, моя личность не тождественны мне, хоть и доступные осознанию, и пропитаны тем, что называется "Я", "мое". Кроме имманентности, каждый из нас имеет и трансцендентность, то есть потусторонность. Самость - не плоть и не душа, не сознание, а не подсознательное, не личность и даже не дух. Самость, по Вышеславцевым, бесконечно выходом за пределы себя (трансцензуса). Самость - это то абсолютно мудрое, о чем писал Гераклит; это богоподобная потусторонность.

Немало страниц индийской философии посвящено открытию самости, Атман - единственного пути самопознания. Атман переводится с санскрита как местоимение "Я", в значении «тела», а также субъективного психического источника жизни, индивидуального бытия, общей первопричины всего сущего. Атман невозможно понять, он не имеет каких конкретных признаков. Как жизненную основу, субъективное начало, Атман сравнивают с Брахманом, что является объективной действительностью.

Самость, которая имеет силу трансцендентности, переживается человеком прежде всего как самость бесконечная и бессмертна. Самость имеет силу и свободу выхода за пределы всего мира, за пределы всего существующего и даже самого "Я". Восточная философия считает именно трансцендентность важнейшей истиной и ценностью, а имманентность - иллюзией. Поэтому телесное бытие и существование воспринимается как несчастье и обман. Напротив, западный мировоззрение акцентирует внимание прежде всего на имманентности, считая ее высшей ценностью, а трансцендентность трактуя как неуклюжую метафизику. Так существование становится важнее бытия, так глагол "иметь" выжимает глагол «быть».

Среди знакомых каждому состояний, помогают почувствовать возможность выхода за пределы себя, следует вспомнить состояние экстаза, страсти, эмоциональной жажды, когда любовь или ненависть, счастье или страдание выталкивают наше "Я" с предметной среды, с привычной действительности. Мы уже не чувствуем свои рубежи, четкие границы, отделявшие внутреннее от внешнего. Стихия переживаний несется бурным потоком, и человек чувствует сущностную родство, единство себя и мира. Подобные состояния, хотя они и встречаются довольно редко, все же свидетельствуют о наличии предпосылок трансцендирования. Действительно, есть что-то в каждом человеке, который возникает из темной бесконечности непосредственного бытия и способствует ощущению слияния, единства отдельной личности и всего сущего.

Непосредственное самобытие, как отмечает С.Франк, это особая, бесконечная в себе, большая и богатая по содержанию реальность. И все же эта вселенная не может осуществить себя в собственных пределах. Именно поэтому он и не остается в себе самом, он нуждается поиска собственного дополнения, ему необходимо прислониться к чему-то другому, присоединиться, примкнуть и только так достичь главной цели существования, понять свою сущность. Лишь тот душу свою, кто отдаст или потеряет ее ради другой.

Действительность - это то, что действует на нас. Познание невозможно без интенции "чувство", "желание", "интереса". Мы не только узнаем тот или иной предмет, но и чувствуем его, интересуемся им, отталкиваем от себя. Мы воспринимаем внешнее, подчиняя его себе, споря с ним, отделяя себя от него, сливаясь или вступая в брань. Непосредственное самобытие будто выпускает определенные щупальца во внешний мир, чувствуя обратное действие.

Главные формы трансцендирования, по Франко, это трансцендирования в другое "Я", другую самость, трансцендирования в отношении "Я - Ты", что является направленностью наружу; и трансцендирования в реальность духа, является трансцендуванням, которое направлено в собственные глубины.

"Ты" дает о себе знать во враждебном или мягком взгляде, строгости или мягкости его обращенности на меня, в определенных жестах, выражении лица и тому подобное. "Ты" всегда что-то загадочное, посвященных, и его непосредственный духовный смысл не может не оставаться темным. Как бы хорошо мы кого-то себе представляли, все равно этот человек постоянно удивляет нас чем-то, чего невозможно, казалось бы, от нее ждать. "Таким образом, внутреннее содержание" ты "хоть в принципе отчасти узнаваемой, но по своей сути и в собственной конкретной полноте остается для нас все же недостижимым и непостижимым" (СЛ.Франк).

Выходя за пределы себя в направлении другого "Я", человек вступает в взаимообмен активностью, взаимодействие, общение, предусматривающий открытость, открытость себя для другого. Происходит настоящее чудо трансцендирования непосредственного самобытия за собственные пределы, чудо взаимного самораскрытия друг для друга. Человек как бы встречает и узнает самого себя за пределами своего «Я» - в непохожей на нее другому человеку. В завершенной, актуализированной форме такое трансцендирования происходит в любви, когда бытие для другого и в другом есть по своей сути бытием в себе и для себя.

Трансцендирования в духовное бытие не всегда осознанное, но человеческая жизнь невозможна без духовности. "В своей истинной глубине, то есть в своем истинном сущности, душа есть то, что открывается ей по ее собственным пределами" (С.Л.Франк). Если бы не было духовного бытия с его завершенностью, прочностью, истинностью, нам оставалось бы только горькое осознание собственной субъективности, неустойчивости, беспочвенности. Нравственные ценности, эстетическое сознание, переживание красоты - все это значимые сами по себе реальности, воспроизводят какую глубинную первооснову бытия. Творчество во всех сферах, где ее можно представить, - это тоже прорыв в непосредственном самобутги, в субъективном существовании, трансцендирования к истинной реальности.

Там, где человек старается не замечать трансцендентную реальность, там, где она живет только в себе и, исходя из собственных потребностей, ориентируясь на свое субъективное произвол, она погибает, становясь игрушкой темных, разрушительных сил, которые тоже являются трансцендентными. Темная страсть, овладевает нами, воспринимается как высшая ценность, о которой не стоит спрашивать "зачем?", "Откуда?", "Почему?". Именно тогда, когда трансцендентная сила будто силой охватывает человека, она врывается в замкнутый внутренний мир как враждебная, жестокая, бесчеловечная сила, подчиняет, уярмлюе. Напротив, там, где душа добровольно раскрыта для восприятия духовного бытия, там трансцендентная сила интимную, успокаивающее родство с моим личным бытием.

Углубляясь в себя, я не могу не найти сознание, существует раньше меня, сознание, которая совпадает с истиной, является всеобъемлющей и всеобъемлющей. Каждая ограничена человеческое сознание всегда фрагментарной, мои личные переживания - случайными, лживыми. Чтобы преодолеть это ограничение, необходимо вступить в диалог с другими людьми, найти истину, что всех объединяет. Эту истину Платон называл идеей, Е.Трубецькой - Софией, а большинство мыслителей - Богом.

 
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   След >