РОЛЬ ФИЛОСОФИИ В РАЗВИТИИ СОВРЕМЕННОГО ОБЩЕСТВА - Философия
Полная версия

Главная arrow Философия arrow Философия

  • Увеличить шрифт
  • Уменьшить шрифт


<<   СОДЕРЖАНИЕ   >>

РОЛЬ ФИЛОСОФИИ В РАЗВИТИИ СОВРЕМЕННОГО ОБЩЕСТВА

"Философия ... одна только отличает нас от дикарей и варваров и ... каждый народ тем более цивилизованный и образованный, чем лучше в нем философствуют; поэтому нет для государства большего блага, как мат истинных философов"

Р. Декарт. Первоначала философии: Соч. в 2-х кн. М., 1989. Кн. 1. С. 30.

В истории философской мысли можно найти множество различных оценок роли философии в жизни человеческого общества, даны в разное время мыслителями всех цивилизованных стран.

Однако приведенная в эпиграфе оценка Р. Декарта - особенно показательна, потому что принадлежит человеку, которого никак нельзя обвинить предвзятом подходе, обусловленном профессиональной ограниченностью Мировое естествознание считает Декарта своим крупнейшим представителем с таким же правом, как и мировая философия - своим. Это особенно важно сейчас, когда под влиянием радикальных изменений общественных ориентиров в нашем обществе усилились нападения на весь комплекс общественных наук, в том числе и на философское знание Крах официальной идеологии, формально опиралась на марксистское учение, вызвал негативное отношение ко всем составляющим части марксизма, а потом и ко всем общественным наукам. Постепенно в общественном мнении начали распространяться преимущественно прагматистский и позитивистские веяния и настроения. Обобщенное знание о мире и о человеке об обществе все больше отодвигается на задний план, на щит поднимаются прикладные отрасли дают, по мнению их представителей, непосредственную пользу для решения практических нанеси общественного развития. Философия оказывается в лучшем случае бесполезным занятием интеллектуальной элиты, в худшем - стоком и оправданием всего зла, что творится в жизни общества. Это не только неправильные, но и опасные оценки роли философии. Подобные выпады столь же древние, как и само учение о мудрости. Многих философов преследовали: продавали в рабство, заставляли пить яд, сжигали на кострах и т.д. Поэтому практически у каждого крупного мыслителя любой эпохи, можно найти немало высказываний, направленных на защиту философского знания от клеветников, хулителей этого древнейшего источника мудрости. "А самые достойные познания первоосновы и причины, потому что через них и на их основе познается все остальное, а не они за того, что им подчинено", - писал Аристотель в «Метафизике» 1. "Общее знание ... всегда идет перед локальным знанием, если первое систематизированное и направлено философией, без этого любые полученные знания - не более, чем разрозненные и не дают науки", - убежден И. Кант. "Сейчас философия обесценена, это слово употребляют все, - с болью констатирует Ф. Шеллинг в 1803 г.. - Между тем философия - это поэзия универсума. Ту или иную ее отдельную часть нельзя назвать красивой, но в целом она прекрасна ..." 3 . Поэтическая оценка философского знания Шеллингом не исчерпывает, разумеется, ее значение в жизнедеятельности человека. Философия не только "поэзия универсума", она прежде всего средство, орудие преобразования человеком мира и самого себя. Известно, что существует три способа связи человека с окружающим миром: 1) непосредственное практическое взаимодействие человека и мира; 2) духовно-практический, осуществляемый в морали, искусстве, религии и других формах духовного освоения мира; 3) научно-теоретический. Философия возникает как бы "общим знаменателем" всех этих форм человеческой деятельности. В ней интегрированы не только познания, но и вся общественно-историческая практика. Не случайно один из крупнейших немецких философов XX века К. Ясперс период возникновения философии назвал "осевым временем истории". Прорвав мифологическое сознание, считает Ясперс, человеческий дух вызвал мощный цивилизованный процесс, общественный прогресс, все расширяется и ускоряется. Колоссальное значение разрушения, изменения мифологического мировоззрения философским признавали практически все мыслители. Оценки этого явления были, конечно, разные, к диаметрально противоположным. Если К. Ясперс считал это явление достижением истории, то Ф. Ницше, напротив, проклял его, как страшную болезнь, поразившая жизни человека. Если бы не появись Сократ со своей философией, не было бы вечных, болезненных вопросов о смысле бытия, о назначении человека, о соотношении добра и зла и т. Люди бы жили согласно своим природным инстинктам, не зная ни горя, ни счастья - считает Ницше. Хотя и злобное, но тем не менее тоже признание субстанциальной роли философии в жизни человека ... Не зря эта область знания получила название "любовь к мудрости". Под мудростью древние греки имели в виду не просто самое общее знание, а определенный образ жизнедеятельности человека, достойный образ жизни. Мудрость - не мертвое знание, а действие, основанное на знании, причем не любое, а только то, что ведет к благу. Уже Эсхил говорит, что "Мудрый тот, кто знает не много, но нужно". А Платон принципиально разграничивает разумность и мудрость как две формы деятельности: разумность - действие со знанием дела; мудрость - действие, предполагает добродетель. Философия - не абстрактный знания (которое может быть употреблено как назло, так и на добро), а знания, ведет к добродетели. Практическую значимость, направленность философии, ее гуманистическую сущность сознательно подчеркивал и Аристотель: "ведь мы проводим исследования не для того, чтобы знать, что такое добродетель, а чтобы стать добродетельными, иначе от этой науки не было бы никакого проку ...".

Таким образом, зарождение философии, с одной стороны, встал мощным стимулом развития человека как социального субъекта, осознает свое место в мире, отношение к нему и к самому себе, а с другой - человеческая история в своем поступательном развитии постоянно требовала все большего проникновения философского знания в тайны бытия и осознания смысла жизни. Особенно роль философии возрастала в кризисные периоды общественного развития, на переломных этапах, когда экономические, социально-политические и духовные потрясения каждый раз с новой остротой ставили вопрос о сущности человека, смысл его бытия, принципы связи с миром, с обществом, ее призвание, обязанности, перспективы и возможности, ценности, на которых стоит ориентироваться в своей деятельности, и пути достижения своих целей. Уже в Древнем мире были четко сформулированы основные задачи философии, определенная ее социальная роль. В представлении древних мыслителей философия - это, прежде всего, учение о человеке, пути и средства достижения им счастья или блага. Каждая философская школа предлагала свои варианты как разделение труда, так и путей достижения его, что объективно свидетельствует об исключительной многогранность, разнообразие человеческого существования, богатство связей человека с миром.

В своем единстве философские учения в целом все глубже проникали в сущность человеческого бытия, все полнее, многограннее отражали его содержание, все четче определяли пути и средства достижения конечных целей.

Философия во все времена выполняла в обществе триединую задачу:

1) раскрытие природы и сущности мира, его строения и состояния, в котором он находится, природы и сущности человека, его места в мире, отношение к нему и к себе;

2) выработка принципов, определяющих способ подхода к анализу, оценке явлений, процессов и благоприятных для определения мировоззренческих ориентиров, жизненных установок, осознание целей и смысла жизни;

3) поиск путей и средств для реализации, достижения важных для жизни целей.

Эти задачи могут решаться только в их взаимодействии, отдельно ни одна из них не может быть решена. Познавая окружающий мир, человек не только познает его сущность, законы функционирования, специфику связей отдельных частей и т.п., а одновременно познает и самого себя как элемент этого целого, однако элемент особый, специфический, неповторимый в своей индивидуальности. Человек выделяет себя из мира и противопоставляет себя ему как-то другом, без которого, однако, человеку никак не обойтись. Осознав себя, свое "я" как противоположность окружающем, человек, естественно, задумывается над тем, а какое же ее место в этом мире, кто для кого существует: человек для мира или мир для человека? Какой способ связи моего "я" и всего остального? И для чего это хрупкое, преходящее "я" вообще появилось в этом безбрежном космосе? Есть ли какой смысл в жизни человека или она - абсурд, нелепая случайность в бесконечной комбинации хаотически подвижной первоматерии? А если появление моего "я" закономерна, то в чем заключается такая необходимость, к какой цели я должен стремиться, чтобы оправдать свое существование? И как соотносится кратковременность моей жизни и вечности бытия? Если моя жизнь всего лишь случайная момент в бесконечном потоке бытия, то стоит ли вообще к чему-то стремиться, чем обременять себя, ограничивать в удовлетворении естественных потребностей? Да и стоит ли вообще жить? Если жизнь человека что- значимое в мировом целом - тогда, конечно, стоит, а если это прихоть случайного стечения обстоятельств в неживой природе - то зачем? А если жить, то как? На какие идеалы ориентироваться, к какой цели надо стремиться, какими средствами ее достигать?

Человечество задается этими вопросами постоянно. В своей совокупности и в единстве ответов они составляют ядро мировоззрения и служат ориентиром человеку в его жизнедеятельности. Осознав свое место в мире, смысл своего бытия, человек определяет конкретные цели своей повседневной жизни, формирует определенные жизненно важные основы и ведет соответствующий образ жизни. Один видит смысл своего бытия в служении Богу, любви к людям и всему живому (как, например, св. Франциск), другой наоборот - в безграничном владычестве над людьми и отрицании Бога (тот же Сталин), третий - в революционной борьбе за счастье народа , четвертый - в абсолютном смирении, непротивлении злу насилием, пятый - в бесконечных чувственных наслаждениях, шестой ищет утешения в алкоголе, наркотиках и тому подобное. Согласно модифицируется и образ жизни: один становится проповедником, другой - тираном, третий - революционером, четвертый - мучеником за веру, пятый - гедонистом и тому подобное. Каждый человек подыскивает и принимает то орудие достижения своих целей, которое кажется ей наиболее подходящим и вместе с тем доступным. Обычно люди неразборчивые в средствах. Задача философской мудрости в том и состоит, чтобы не только помочь человеку развить самосознание, сформулировать жизненно важные цели, а и указать наиболее пригоден путь к цели, средство ее осуществления. Правда, среди самих философов нет единого мнения по всем этим вопросам, начиная с древнейших времен и по сей день. Если, например, К. Маркс смыслом жизни считает борьбу за счастье трудящихся, за превращение человека в самоцель общественного развития, обеспечения свободного развития каждого члена общества, то Ф. Ницше не признает даже самой постановки вопроса о смысле жизни. Смысл разрушает саму жизнь. Оно несовместимо с умом. Он гордо называет себя "последним учеником философа Дионисия", имея в виду праздник в честь бога Диониса, где участники руководствовались только своими инстинктивными влечениями и желаниями, отвергая любую нравственность и рассудительность. Поэтому якобы в человеческой жизни настоящей ценностью является лишь иррациональное начало, инстинктивное желание как таковое. Разум только искажает эту первозданную целостность жизни. Фактически суть этой концепции сводится к тому, что человек может быть счастлив только в том случае, если она ... не будет человеком, преобразуется (или изначально останется) на иррациональную существо, подчиняется исключительно зову природы, свободно осуществляет свои желания, свою волю к власти над всем и всеми. Такое существо, что стоит по ту сторону добра и зла, вне всяких условностей морали, разума, здравого смысла, Ф. Ницше называет "сверхчеловеком" и провозглашает ее самоценностью и самоцелью развития природы и общества. Здесь нет возможности хотя бы в общих чертах описать даже самые оригинальные или широко распространены концепции о смысле бытия человека, средства достижения им конечных целей своей жизни. их очень много. Мы намеренно привели в пример две полярные позиции: К. Маркса и Ф. Ницше. Они представляют интерес прежде всего потому, что каждая из концепций послужила практически одновременно основой для возникновения одной из двух непримиримо враждебных идеологий: фашизма и коммунизма. Интересно, что при всей полярности выводов, марксистская и ницшеанская позиции в своей основе имеют много общих идей. Оба мыслителей отталкиваются от идеи антропоцентризма, что ставит в центр мира человека как венец развития, как самоценность. Оба отрицают Бога и какое бы то ни было трансцендентное начало. Оба ратуют за свободу личности, призывают к сверхактивности, полного раскрепощения природы человека, осознание условий для ее самореализации. Принципиальное различие этих двух учений заключается в том, что Маркс использует общественную сущность человека, на его ум, духовность. Ницше провозглашает самоценность природного начала, общественное - лишь мусор засоряет чистоту инстинктов. В результате Маркс призывает к единению, разумной коллективности людей, построения их отношений на гуманистических началах. Ницше - до гордого одиночества, налегоизму, к неомифологичного сознания, в некотором смысле уже и не является сознанием, а некоторым иррациональным порывом. Позиции оказываются диаметрально противоположными: у Маркса - забота о рядовых тружеников, составляющих подавляющее большинство населения: у Ницше - ставка на какого-то мифического субъекта, сверхчеловека резко противостоит всем остальным членам общества и всей истории цивилизации. Один видит смысл человеческой жизни в свободном всестороннему развитию в обществе равных, другой - в выходе за пределы человеческого общежития, культурного достояния человечества, в абсолютизации своей воли. Особенно жаркие споры о смысле человеческого бытия, вузы цели и ценности жизни, средства их достижения разгорелись в конце XIX - первой половины XX века, в период, когда крайне обострились межгосударственные и классовые противоречия, uto привело к разрушительным войн, революций, репрессий, невиданных ранее потрясений и испытаний, которые обрушились на человечество. Жестокое разочарование охватило передовые умы человечества, которые возлагали надежды на практическое осуществление гуманистических идеалов в первой социалистической стране. Уже с первых лет ее существования стало ясно, что быстро построить па развалинах старого общества ожидаемый справедливое социальное устройство невозможно, идеалы и чаяния гуманистической традиции, которые казались почти совершенными, не получили своей реализации. Опять возник вопрос, что встал е перед Платоном в связи с осуждением и смертью Сократа: ежели общество нишить краше проявления правды, справедливости, человеколюбия, то стоит ли вообще жить, работать, бороться? И какие ценности являются незгубнимы, выступают вечным ориентиром деятельности людей в любых, даже самых страшных социальных условиях, не поддаваясь девальвации ни при каких изломах истории? Такой абсолютной ценностью, которая красной нитью проходит через всю историю философии, оказалась идея свободы, вдохновляла передовые умы даже в самые мрачные периоды развития общества. От Сократа и до наших дней проблема свободы присутствует практически во всех развитых системах философского знания, выполняя зачастую констатирующую роль смислоутврюючого начала. Так что в определенном смысле философию можно назвать учением о свободе. С тех пор, как существует философия, представители ее ведут спор о содержании понятия "свобода", о возможности или невозможности ее достижения, о путях и средствах, ведущих в ее царство. Различные идейные течения, философские школы и отдельные мыслители с жестокостью отстаивают положительное или, напротив, негативное толкование свободы. Для одних - это смысл и цель человеческого существования (как, например, для Эзопа или Сократа, Кратила или Диогена, Эпикура или Сенеки), для других - ересь, тягчайшее преступление (Августин, Лютер и др.), Для третьих - пустая выдумка, фикция (Демокрит, Гоббс, Гольбах, Лаплас и др.), для четвертых - путь к божественному благу, спасения души (Пелагий) для пятых - средство восстановления человеческого достоинства (Эразм Роттердамский) для шестых - естественное состояние человека, путь к социальному равенству и справедливости (Гельвеций, Руссо, Дидро и др.), для седьмых - единственная абсолютная реальность (Шопенгауэр, Фихте и др.), для восьмых - интелегубна сущность человека (Кант) или самодостаточная внутренняя природа индивида (экзистенциализм, персонализм). Для Ге е ля свобода - понятие многоплановое, однако во всех своих проявлениях она - марионетка абсолютного духа и т.д. Марксизм в своей концепции свободы как высшей ценности человеческого бытия исходит из того, что важнейшей предпосылкой существования свободы человека, его диалектической взаимосвязи с необходимостью выступает многогранность потребностей и интересов лица, а также багатоякиснисть вещей и процессов действительности, в овладении которыми человек заинтересован с целью обеспечения своей жизнедеятельности. В ходе развития эти качества находятся между собой в сложной взаимосвязи, имеют разную степень зрелости. Поэтому в процессах общественного развития постоянно присутствуют борьба, взаимовлияние и взаимопроникновение различных, порой исключающие друг друга, явлений. В силу данного обстоятельства развитие общества не может быть жестко запрограммированным, однонаправленным, заранее заданным процессом. Ресниц обязательно содержит в себе возможность многовариантности, а значит - и возможность выбора одного из вариантов, одной из альтернатив как основное направление своего генезиса, и объективно й основой свободы как феномена человеческой жизни. Известно, что любой прогресс - противоречивое явление, поскольку закрепляет определенное направление развития и тем самым исключает возможность многих других. Отсюда следует, что выбор всегда сопряжен с огромной ответственностью за последствия и не может быть плодом чисто субъективных устремлений человека. Поэтому настоящий выбор отличается от произвола тем, что он является результатом сложного синтеза объективных возможностей внешней действительности и субъективного богатства внутреннего мира человека, накопленного им социального опыта. В процессе выбора раскрывается истинный смысл, духовное и нравственное богатство человека, устойчивость или аморфность ее идеалов и убеждений. Именно свободный выбор является испытанием на прочность таких компонентов духовности человека, как совесть, достоинство, честь, ответственность, гражданственность и т. Понятие свободы связывает в единый узел все важнейшие социальные параметры лица. Какая бы то ни было качество человека, его можно адекватно понять только через призму ее свободного волеизъявления, выраженного в соответствующей действия или намерении. Поскольку свободный выбор всегда - единство имманентного воления и внешней действительности, является царством необходимости, свобода реализуется только через конкретно-историческую связь с объективными законами, то есть соединена с несвободой. Не менее важно учесть и то, что свобода каждого конкретного лица может быть ущемлена, деформирована или же совсем уничтожена не только объективно необходимыми обстоятельствами, но и случайной произволом других индивидов. Сложность для человека здесь состоит в том, чтобы правильно сориентироваться в обстановке, понять, какие препятствия объективно необходимыми, не подлежащих игнорированию или ухищрениям в обход их, а какие - плод субъективной произвола или случайного стечения обстоятельств, допускающих возможность преодоления.

История имеет очень много примеров, когда даже великие люди ошибались роковым образом в оценке характера обстоятельств, которые препятствовали свободе их выбора. Так, М. Робеспьер не смог понять, что "царство разбойников", то есть диктатура буржуазии, восторжествовала во Франции в 1794 году с абсолютной необходимостью, а не стала результатом просчетов якобинцев. Томас Мор, напротив, произвол короля считал Божью волю и взошел на эшафот, не осуществив ни малейшей попытки избежать своей судьбы. Классическим примером эффективности правильного выбора свободного действия жизнь и карьера знаменитого французского политика и дипломата Шарля М. Талейрана. Благодаря уникальному умению чувствовать и понимать обстановку, предвидеть необходимое развитие событий и возможные случайные сочетания обстоятельств ему много раз удавалось избегать, казалось бы, неизбежного падения или даже гибели и до конца осуществлять свои цели.

Однако выбор человека зависит не только от понимания или непонимания особенностей сложившейся ситуации, но и в не меньшей степени от ценностных ориентиров личности. Человек может осознавать, что ее свободный выбор грозит ей страданиями или даже смертью, и тем не менее сознательно начинает следующими способами: Эзоп бросается в пропасть, Дж. Бруно и Сервет идут на костер, А. Матросов закрывает грудью амбразуру дота и тому подобное. Шкала ценностей, по которой люди делают выбор, очень разная и зависит от множества обстоятельств: природных задатков индивида, уровня его духовного развития, полученного воспитания, особенностей окружающей среды, семейных обстоятельств, специфики текущего момента на время принятия решения, состояния психики и т. Сложным является взаимосвязь шкал ценностей отдельной личности и общества. Эта связь колеблется в диапазоне от полного тождества до полного взаимоисключение. Причем в историческом контексте часто бывает так, что носителем истинных ценностей является отдельная личность, а не общество. Как правило, общество трудно расстается со старыми представлениями о ценности человеческой жизни и переход к новой шкалы конечно соединен у него с потрясениями и трагическими коллизиями.

По мере нарастания обоснованности исторического процесса проблема соотношения его со свободой выбора становилась в истории философии все более актуальной. Особое значение она приобрела философской мысли ХVIII-ХХ вв Бурное развитие производительных сил, углубленный разделение труда в буржуазном обществе, наряду с созданием материальных условий для социального осво-ния человека, несли в себе и нечто совершенно противоположное - все глубже отчуждения и разрушения личности. Рост технической и технологической силы человеческого разума постоянно вступает в противоречие с уровнем социальной зрелости человечества, грозит катастрофическими последствиями для цивилизации в целом. Все это очень обостряет вопрос о моральном, социальном аспекте свободы выбора, о диалектике свободы и ответственности.

Философы прежде всего задаются вопросом: что лежит в основе, на чем базируется свобода выбора? Английские и французские просветители XVIII в ..., подвергнув критике догмы, господствовавшие веками, официальные теологии, утверждали абсолютную предопределенность человеческих поступков, поставили вопрос об их истинных основания. Одни мыслители (Шефтсбери, ранний Дидро и др.) Развивают идею врожденной склонности людей к свободному проявлению доброй или злой воли, другие (Гольбах, Гельвеций) считают, что свободный выбор поступков индивидов определяется системой воспитания, данной социальной средой.

В классической немецкой философии была предпринята попытка найти общие принципы, которые позволили бы монистически решить проблему свободы. Кант считал, что в своем выборе человек должен руководствоваться законом нравственного долга, изначально заложен в человеческой природе и остается неизменным во всех обществах и во все времена. И свобода выбора сводится к свободе придерживаться или не придерживаться этого закона, а действительно рационального, естественно, выбора первого варианта. Дуализм кантовской философии вообще не позволил ему выработать цельную концепцию свободы человеческой воли. Как мыслящее существо человек, согласно Канту, волен выбирать, как ей поступать: плохо или хорошо; как эмпирическая существо человек неправомерное выбирать, поскольку феноменальное бытие человека абсолютно детерминировано: "Таким образом, все поступки, я постигаю как член умоосяжного мира, были бы вполне соответствующие принципу автономии чистой воли. Те же поступки, что я осуществляю как часть чувственно воспринимаемого мира, должны были бы быть взяты как вполне соответствующие естественного закона желаний и склонностей, а следовательно, к гетерономии природы ".

Следующий представитель классической немецкой философии И. Г. Фихте устранил объективный мир, превратив "Я" на абсолютного демиурга, что создает мир по своему усмотрению. Создавая и себя, и свою противоположность, фихтеанське "Я" превращается в принцип абсолютно свободного действия: "Действовать, действовать, действовать". Такая субъективно-идеалистическая установка наталкивалась на ряд неразрешимых проблем, осознание которых обязательно вело к отрицанию исходных принципов фихтеанства. Ф. Шеллинг восстанавливает в правах объективную реальность, природу, более того, сам дух превращает в нечто совершенно независимое ни от человеческого "Я", ни от природы. Напротив, и человек, и природа оказываются продуктами свободного развития объективно сущего духа. Отсюда следует непоследовательность в понимании свободы. Она выступает как бы в двух ипостасях: во-первых, как иррациональный момент Бога или абсолютного духа, как первичное, безосновным начало мира, побуждающее абсолют к раскрытию своих потенций; во-вторых, свобода понимается Шеллингом как вершина развития мира и человека, достигается в свободном творчестве художника, то есть в искусстве. Иррациональная безосновным свобода в произведениях гениев достигает своего полного воплощения, реализации.

Гегель "заземляющего" и конкретизирует опыт своих предшественников. У него каждый человек имеет широкую свободу выбора в своей разнообразной деятельности, руководствуясь при этом различными мотивами. Однако эта свобода, по сути, лишь мнимая свобода, поскольку свой выбор человек обосновывает, исходя из каких-то внешних, несуществующих обстоятельств. Настоящие, глубинные мотивы действия скрыты от него. Свобода человека, считает Гегель, является лишь орудием самоопределения идеи, имманентно разворачивает свои потенции в видимом мире. Тем самым свобода воли индивида сводится к выбору варианта действия, соответствует законам, предусмотренным движением абсолютной идеи. Действие, противоречащее принципам самореализации абсолютной идеи, обречено на неудачу.

Гегель, многие другие мыслители ХУИИИ-ХIХ веков, заметили одну важнейшую черту свободы выбора - ее обусловленность внешними по отношению к избирательной свободы обстоятельствами. Но доведя это качество в абсолют, они фактически свели к минимуму фактор ответственности индивида за свои поступки, поскольку сама свобода выбора приобрела довольно призрачного, по сути, фиктивного характера. Если еще в XV ст Николай Кузанский считал, что "человек - второй бог", свободное творчество которого увеличивает полноту божественного промысла, то гегелевский панлогизм превратил его в марионетку Абсолюта. С резкой критикой такого подхода выступили разные философские школы.

Крайнюю позицию заняла так называемая "философия жизни". В А. Что-пенгауера каждый человек объективированная безосновным мировая воля, стремится к абсолютному самоутверждения в борьбе со всеми остальными. Любой индивид стремится стать абсолютом, покорив всех своей воле, превратив их в средство самореализации.

Ф. Ницше конкретизирует учение А. Шопенгауэра о свободе, доводя его до парадокса. Воля человека целенаправленная - это воля к власти и в утверждении ее индивид свободен от каких бы то ни было ограничений (угрызения совести, трезвого расчета, моральных норм и т.п.). Но руководствуясь только слепыми жизненными инстинктами, отказываясь от всякой духовности, человек тем самым оказывается рабом своих страстей, освобождаясь от "оков" ума, нравственности, духовности она тем самым становится марионеткой безудержной, иррациональной жизненной страсти.

По-другому попытались подойти к проблеме свободы выбора экзистенциализм и персонализм. В центре этих учений лежит тезис о свободе воли. Однако эта свобода оказывается, по сути, только внутренней свободой. По природе человек свободен, однако на практике она - всегда в оковах. Жесткие экономические, политические, правовые, нравственные нормы общественной жизни постоянно ограничивают ее индивидуальность, заставляют ее быть как все, обезличивают ее. Поэтому настоящая свобода всегда связана с альтернативой: либо оставаться самим собой вопреки стремлению общества опосередиты и обезличить мое "я" (и этим противопоставить себя обществу, вступить с ним в конфликт), или стать таким, как все, быть в согласии с требованиями общественных норм и потерять самого себя, отказаться от своей свободы и индивидуальности. Выбор, достойный человека, считают экзистенциалисты, - выбор самой себя. Быть свободным в процессе выбора - значит поступать по своим убеждениям и идеалам, несмотря на общепринятые нормы. Но это неизбежно ведет к конфликту индивида с обществом. Результат данного конфликта различными представителями экзистенциализма трактуется по-разному.

С. Кьеркегор считал, что задача человека - преодолеть сопротивление общества, пренебречь всеми его ценностями и стать "рыцарем веры", существом, подчиняется только божественной воле. Идеал Кьеркегора - библейский Авраам, приносящий в жертву своего единственного сына Исаака, безропотно повинуясь указанию Бога, не задумываясь о целесообразности такого поступка, правде и тому подобное. Авраам свободное от внешнего мира: свободный от общественной морали (которая требует: "не убий") свободный от страха перед законом (где Авраам - преступник, детоубийца) свободное от собственных чувств (как отец он нежно любил сына) свободный от жалости (муки матери и отчаяние Исаака для него не помеха). Но Авраам не может переступить веление Бога, каким бы бессмысленным и жестоким оно ему не казалось. Он настоящий "рыцарь веры", единственный по всему окружающему, оно со своими ценностями для него - ничто. Но сам он такое же ничто по отношению к Богу, слепое орудие его воли.

Это явное противоречие пытается смягчить К. Ясперс. Он связывает трансцендентную свободу экзистенции с умом. Первая - это источник бытия, второй - путеводитель. Разум, выполняя роль регулятивного начала, не позволяет экзистенции превращаться в произвол. Здесь снова возникает неразрешимая противоречие: свобода как трансцендентная экзистенция непостижимая для ума и вместе с тем он должен быть для нее регулятивным принципом. Как оформить действие того чего, о котором ничего не известно и в принципе знать невозможно !? Ясперс постепенно меняет соотношение: экзистенциальная свобода у него становится фактически лишь регулятивным принципом конкретных действий человечества. Развивая свою духовность в процессе коммуникации, люди осознают свою незначительность перед вечностью, занимаются общей философской (а не безоглядной, как в Кьеркегора!) Верой в могущество трансцендентного, и их действия, регулируются страхом перед последствиями своих необузданных действий и притязаний. Человек оказывается свободной только в идеале, вне этого бренным жизнью, в философской вере. В этом трагизм его бытия.

Французский экзистенциалист Ж.- Сартр посмотрел на проблему свободы выбора как на преимущественно посюсторонним, земной коли-зию. Выражая свою внутреннюю сущность, лицо вступает в конфликт с обществом, что, как правило, сильнее ее, и человек неизбежно терпит поражение. ей остается слиться с толпой и тем самым потерять себя или же погибнуть, отстаивая свою самобытность. В любом случае - результат трагичен.

Самым интересным решением проблемы свободы воли, выбора в современной мировой философской мысли кажется концепция персонализма (основатели: Н. Бердяев, Дж. Ройс, Э. Мунье и др.). Возрождая традиции стоицизма и христианства, они сделали основной упор на внутреннее самосовершенствование личности. Однако в отличие от догматов христианства персонализм признает самоценность личности, каждая из них - это свободная воля, полнота бытия, субъект, творец истории. Совершенствуя себя, лицо тем самым преодолевает закостенелые стереотипы общественных отношений и постепенно поднимается к единству со всеми другими лицами в общине равных, а через единение с ближним осуществляет единение с Богом. Традиционные формы общественной жизни и соответствующие общественные институты (государство, право, собственность и т.д.) являются необходимыми, но ниже, примитивными формами связи людей, которые должны преодолеваться в ходе развития свободного творчества человека. В этой довольно привлекательной концепции, возвышает человеческую личность, ее свободную самореализацию, творчество очень существенный недостаток: она игнорирует могущество материальных интересов в определении жизнедеятельности людей. Даже сам Иисус Христос не смог убедить богатого юношу поменять свое материальное достояние на "царство божие". И это при том, что юноше очень хотелось попасть туда. Христос после этого, как известно, сказал: легче верблюду пролезть через игольное ушко, чем богатому попасть в царство божье. Персоналисты же предприняли попытку протащить верблюда через игольное ушко. Задача оказалась, естественно, невозможным. "Персоналистские революция" без революции социальной - всего-навсего красивая мечта.

Разработка фактора человеческой свободной воли в развитии общества составляет, несомненно, заслугу экзистенциализма и особенно персонализма. Однако, абсолют свободу выбора, они уступили другим, столь же необходимым моментом человеческого бытия - исторической уверенностью самой автономии воли, детерминированностью ее внешними обстоятельствами. Для этих мыслителей свобода воли и внешняя необходимость - антагонисты, которые взаимоисключают друг друга. Тогда как в действительности это два равноценных моменты исторического процесса, жизнь любого человека.

Диалектика свободной самореализации человеческой личности в контексте исторической необходимости глубоко проанализирована в философии марксизма. Проблема свободы воли в марксистской философии органически согласовывалась с диалектикой возможности и действительности, необходимости и случайности, то фундаментальными категориями, с законами диалектики.

Известно, что в ходе исторического процесса субъект (лицо, класс, коллектив, нация и т.д.) всегда имеет возможность выбора. Но возможность может быть абстрактной и реальной, следовательно, и выбор может быть абстрактным или реальным. Так, определяя путь поступательного развития до достижения лучшего будущего, общество вообще-то может выбрать вариант развития, который предусматривает "десять лет напряженного труда и десять тысяч лет счастья". Но такой вариант проблемы не решает. Поэтому его выбор с точки зрения достижения цели будет только абстрактным, невыполнимым, хотя на практике жизни, в реальной истории имеет место. Абстрактным оказался и выбор стратегии построения социализма в нашей стране - ставка на решающую поддержку мировой революции.

Реальный же выбор, что предполагает учет действия комплекса объективных и субъективных факторов, ограничивает свободу волеизъявления субъекта реально существующими обстоятельствами. Люди всегда находятся в определенных исторических рамках, делают возможными одни действия и невозможными другие. Такие рамки обусловлены уровнем развития способа производства, научно-технического прогресса, общественного разделения труда, политической системы общества, степени цивилизованности общества, культурного потенциала. Возьмем такой пример. Развитие капиталистического способа производства связан с резким скачком в развитии общественного разделения труда, появлением его новых видов, которые служат удовлетворению разнообразных человеческих потребностей. Кроме того, капитализм ликвидирует феодальное закрепление индивида определенным видом трудовой деятельности. Итак, индивид получает возможность выбора профессии, потому что общество прямо не навязывает ему тот или иной вид труда. Но, с другой стороны, этот же процесс и ограничивает свободный выбор индивида прежде всего существующими условиями производства и общественных потребностей: индивид волен выбирать только между теми видами труда, он застал в современном ему обществе и которые общество нуждается. Кроме этого индивид в выборе постоянно ограничен возможностями, природными склонностями и задатками. Точно так же человек имеет свободу выбора при обмене продукта своего труда на продукт труда других людей. Но при этом выбор будет определяться, во-первых, потребностями этого индивида, традициями и нормами потребления, царящие в обществе, а во-вторых, той совокупности и качеством продуктов, общество способно сделать на данном этапе.

Однако свобода выбора корректируется не только конкретно-историческими обстоятельствами, ограничивающие его диапазон, его возможности.

Не менее важным фактором, определяющим выбор, есть интересы и потребности субъекта, тоже носят конкретно-исторический характер, детерминируются социокультурным уровнем развития субъекта, с одной стороны, и всем комплексом общественных отношений, с другой. Преломляясь сквозь призму многомерных общественных отношений, они наполняют конкретным содержание индивидуальных, классовых, национальных и других интересов.

В ходе общественного развития различные социальные субъекты стремятся монополизировать право на свободу выбора путей общественного развития, лишив этой свободы других субъектов. В силу этих обстоятельств конкретные ситуации, в которых необходимо делать выбор, отличаются огромным разнообразием. И далеко не всегда реальный выбор заключается в ту примитивную альтернативу, согласно которой один из вариантов выбора имеет прогрессивное значение, другой - регрессивное. Люди могут быть поставлены в условия, когда каждый из возможных вариантов выбора не является удовлетворительным и наоборот: приемлемыми есть несколько вариантов, среди которых трудно отдать предпочтение одному.

О прогрессивности свободы выбора можно говорить лишь тогда, когда альтернатива будет сформулирована следующим образом: сохранить или ликвидировать ту основу, порождает обстоятельства, враждебные интересам поставленного в них субъекта. Итак, выбор - это сознательная направленность действий субъекта на один из нескольких возможных способов и направлений деятельности, осуществляемых с целью найти оптимальный путь реализации этим субъектом своих интересов. В связи с этим возникает еще одна проблема: насколько сам субъект осознает собственные интересы?

Без глубокого осознания последних выбор оказывается беспредметным, потому что человек не знает, чего она должна стремиться и какие средства для этого выбрать. Поэтому Ф. Энгельс подчеркивал: "Свобода воли означает, следовательно, не что иное, как способность принимать решения со знанием дела".

Прогресс в свободе выбора в процессе исторического развития зависит от степени прогрессивности той общественной силы, которая определяет возможность выбора и проявляется в том, что субъект получает все большую возможность делать выбор, который соответствует его сущностным потребностям, преодолевая внешние препятствия. Иными словами, прогресс свободы выбора внутренне связан со степенью овладения людьми теми природными и общественными силами, вовлеченные в сферу их жизнедеятельности. Следствие такого прогресса - возрастание роли способностей, склонностей людей, организованности и подготовленности их к активной деятельности. Происходит закономерно обусловлено возрастание роли человеческого фактора в историческом развитии и одновременно превращения человека в самоцель функционирования социальной действительности. Свобода человека по мере развития цивилизации находит все конкретную историческую форму своего бытия, стремясь к достижению полноты своего выражения в таком типе общественной организации, которая всю жизнедеятельность общества подчиняет решению основной задачи - утверждение свободного развития каждого как условия свободного развития всех. Этот идеал общественного развития, венчает всю человеческую историю, был назван коммунизмом. Его главные ценности - социальное равенство и свободный всестороннее развитие всех членов общества. Человек, свободно реализуя свои сущностные силы в единстве со всеми другими людьми, достигает гармонии своих интересов и интересов общества, становится индивидуальным сосредоточением всего достояния цивилизации, ее высшей ценностью и конечной целью. Такое общество и является реальным гуманизмом: материализованное, социально гарантировано, общее человеколюбие. Достижения его - высшая цель человеческого бытия, определяет смысл жизни. Человек, свободно осуществляет свои жизненные силы - высшая ценность земного мира. О членах такого общества можно сказать словами Н.Кузанського, что ценность их "это не что иное, как само бытие их всех ...".

Генетически, содержательно и функционально современная философская мысль ищет пути обоснования гуманистического идеала, общую концепцию свободы, которая определяет конечные целевые установки личности и общества, и раскрывает содержание человеческого бытия, хотя и осуществляется по-разному, разным направлениям.

Современная философия не может игнорировать тот факт, что, поскольку каждое данное общество - это результат исторического генезиса, включает в себя все достижения своего развития, то и индивид отражает в себе не только актуально существующий тип цивилизации, но и всю историю человечества. Итак, понять отдельное лицо можно только в контексте всей человеческой истории, всего комплекса общественных отношений. А для этого их необходимо изучить. Только постигнув экономические, социально-политические, духовные, этнографические и другие условия существования индивида, мы сможем воссоздать целостную картину лица, со всем богатством ее внешней и внутренней жизни, ее потребностей, интересов, запросов и тому подобное.

Неудивительно, что такие ревнители целостной личности, как экзистенциалисты, пытаясь утвердить самоценность индивидуального человеческого бытия вне его общей, общественной природе, пришли обратной исходным замыслам выводу: бытие человека бессмысленно, абсурдно, в лучшем случае, оно - трансцендентальная, непостижимая сущность. Вполне логичный вывод: если человека лишить ее настоящей субстанциальной основы - общественно-исторической природы, ее существование действительно лишается смысла. Человек в Лермонтовской демона, совершает зло без наслаждения и цели, а потому страшно одинокого и глубоко несчастной.

Понятно, философские теории, абстрагируют индивида с общественно-исторического контекста, абсолютизируют его лично неповторимый мир, имеют под собой вполне реальную социальную почву. Это - действительно наблюдается в разных обществах в определенные периоды их развития: разорванность, дисгармония личности и общества. И дело здесь, конечно, не в принципиальной несовместимости индивидуального и общественного, абсолютной самодостаточности индивидуального, а в общественных условиях, противных человеческой природе. Цель общественного прогресса в том и состоит, чтобы преодолеть эти условия и открыть простор творческим силам человека.

Свобода личности - условие свободы общества. Однако свобода личности не освобождает человека от ответственности за свои действия и от совести как внутреннего судьи совершаемых поступков. Абсолютизирована свобода, ставит человека "по ту сторону добра и зла" (Ф. Ницше), которая игнорирует право на свободное самоопределение других людей, сама себя отрицает, уничтожает, наносит колоссальный ущерб цивилизации. Поэтому все больше становится очевидным, что, только всесторонне развивая диалектическое понимание свободы, можно понять различие между внутренней свободой личности и внешней свободой, предоставленной человеку обществом. Связь между ними далеко не однозначен. Общество может предоставить личности свободу, но внутренне человек может оставаться несвободной ли перед своей совестью или в силу своей ограниченности, неспособности подняться до уровня общественного развития. Многие люди остаются рабами своего трусости, лени, безволия, дурных привычек и т.п., несмотря на то, что общество не только предоставляет им возможность свободно самореализоваться, но и всячески пытается помочь в этом. И, наоборот, в самых тяжелых внешних цепях настоящая личность остается внутренне свободной, ее действия не вступают в конфликт с чувством долга, совести, достоинства. Общество часто способно физически уничтожить такое лицо, но не способно лишить ее внутренней свободы. В идеале в действительно цивилизованном обществе между внутренней и внешней свободой устанавливается гармония: достоинство общества, страны, народа выражается в личной достоинства каждого отдельного человека как гражданина, субъекта социальной деятельности. Поэтому становится очевидным, что человек, овладевая силами природы, постигая законы общественного развития, превращается в настоящего создателя своего собственного бытия - как внутреннего, так и внешнего. Этим решается и проблема смысла жизни, то есть определение человеком самоцели своего существования, высших ценностей жизни.

Человечество не родился с готовым, заданным смыслом жизни. Рассуждения о смысле жизни - продукт истории, результат культурного развития человека, показатель ее зрелости. Проблема смысла жизни полифоническая, во многом индивидуализирована, интимная. Люди выстрадали определенной степени содержание своего бытия, закрепили в системе мировоззренческих ценностей. Поэтому нельзя не учитывать, что осмысление человеческому существованию придает согласование его целей с целями общественного целого, с идеалами, направленными на реализацию социально-гуманистического прогресса, развитие человека только по линии становления универсальности деятельности и общения, творчества и свободы.

Каждый человек ответственен за содержание и определение путей собственной жизни и за реализацию гуманистических идеалов не менее все общество.

Сказанное позволяет сделать вывод: в современных условиях особенно актуальной стала потребность в разработке мировоззренчески-методологических основ интеграции различных областей знаний в целостную концепцию человека, служила бы надежным компасом в деле практической гуманизации мира.

Десятилетия господства догматики и конъюнктурная схоластика, прагматизация, нивелирования гуманистических идеалов в политической жизни страны привели к тяжелым кризисных явлений как в практике общественного развития, так и в теоретическом фундаменте осмысленной логики исторического процесса. К сожалению, справедливая критика официальных идеологических схем была безосновательно перенесена на самое диалектико-материалистическое учение о человеке и мире. Бывшие апологеты марксизма, которые много сил потратили на то, чтобы выхолостить живую душу этого учения, увидев, наконец, увечье созданного ими детища, без каких-либо раскаянии в совести отождествляют плод своей же научной нечистоплотности с идеями реального гуманизма.

В обществе наметился всплеск технократических настроений, которые ставят под сомнение не только истинность диалектико-материалистического мировоззрения, но и целесообразности существования этой отрасли знания.

С другой стороны, разочарование в приглашениях, но не осуществленных идеалах, разногласия слова и дела, потеря веры в грядущую перспективу способствовали быстрому усилению религиозных верований, мистики. Только в религии даже многие из государственных деятелей видят средство духовного возрождения общества и человека. Это опасная тенденция, грозит отбросить общество далеко назад в его духовном развитии. Поэтому задача, стоящая сейчас перед философами - это разработка мировоззренческих, методологических проблем, посвященных раскрытию сущности человека и мира его бытия, социальной справедливости, равенства, свободы, сущности исторического процесса, проблем духовной жизни общества и духовного мира личности, проблем смысла жизни.

Конечно, философия, изучена как учебный курс и усвоена, например, студентом, не определяет автоматически его мировоззренческих основ. Но и знание помогает ему осмыслить свое отношение к миру, к другим людям, к себе, выработать мировоззренческие ориентиры, столь необходимые для осознания Сиуси своего бытия.

Рефлексия, осознание значения и внутреннего содержания современной творческой эпохи, поиск средств выхода общества из критического состояния, формулировка мировоззренческих идеалов - прерогатива философского знания и никакая другая область знаний справиться с этой задачей может.


 
<<   СОДЕРЖАНИЕ   >>