Изменение векторов внешней политики ИРИ во взаимоотношениях со сверхдержавами, Качели во внешней политике трёх правительств - Изменение во внешней политике Ирана в конце XX – начале XXI века
Полная версия

Главная arrow История arrow Изменение во внешней политике Ирана в конце XX – начале XXI века

  • Увеличить шрифт
  • Уменьшить шрифт


<<   СОДЕРЖАНИЕ   >>

Изменение векторов внешней политики ИРИ во взаимоотношениях со сверхдержавами

Качели во внешней политике трёх правительств

В период с августа 1997 г. по нынешнее время в Иране сменилось три президента и правительства. Каждый из них выстраивал свои отношения со сверхдержавами, и это напоминало качели, особенно, что касается политики с Соединенными Штатами Америки. Прежде чем перейти к исследованию отношений с каждой сверхдержавой, исследуем работу каждого правительства в отдельности.

С избранием на президентский либерального Мохаммада Хатами(03.08.1997-02.08.2005), одним из приоритетных направлений внешней политики ИРИ с 1998г. становится установление стабильных отношений со странами Запада. Это было обусловлено как международными, так и внутренними экономическими и социальными факторами, среди которых надо отметить:

После революции 1979 г. ИРИ так и не удалось стать ни мировым, ни даже региональным лидером исламских государств. Постоянное вмешательство США в политику стран Ближнего и Среднего Востока, экспансия американских идей на Кавказ и в Среднюю Азию, а также стремление контролировать углеводородные ресурсы Каспийского бассейна, создают непосредственную угрозу интересам ИРИ. Сюда также можно добавить многолетнюю нестабильность в Афганистане, поддерживаемую той же американской администрацией, попытки талибов дестабилизировать ситуацию в Таджикистане.

Иран, приняв к себе афганских и иракских беженцев, на наш взгляд, не способен полностью решить их проблему, присутствие которых сильно сказывается на социально-экономические структуре страны.

Борьба с наркотрафиком из этого региона, накладывает значительные материальные расходы и несёт человеческие жертвы. Только коллективными усилиями членов международного сообщества, в том числе и Российской федерации, возможно, остановить поток наркотиков из региона.

Благодаря либеральной политике, экономика страны стала зависимой от европейского экспорта и возрастала значимость иностранных капиталовложений во все отрасли хозяйства, особенно нефтегазовой. После кризиса 1998 г. и падения цен на нефть, в стране остались не завершенными более 6 тыс. экономических проектов на сумму более 22 млрд. долл.

Соответственно стояла проблема выплаты внешних долгов. До конца 1998 г. необходимо было оплатить западным партнерам и Японии долг в 3 млрд. долл. Иран не располагал такими средствами и на первый план выходили переговоры с заимодавцами и реструктуризация долгов.

Имея в стране в 1998 г. 2,8 млн. человек, не имеющих работу (т.е. 1З,5% от всего населения), остро стоял вопрос безработицы. Иностранные инвестиции могли помочь решению этой проблемы.

Изменения настроений внутри Иранского народа, также требовали перестройки отношений с Западом. К тому моменту половину населения страны составляла молодёжь, которая родилась уже после революции, и они хотели удовлетворения своих потребностей в современных информационных технологиях. Также претерпела изменения основная движущая сила революции против монархии, мелкие и средние торговцы. На смену революционерам пришли молодые, образованные, воспитанные в религиозных традициях, но и осознающие неизбежность процесса интернационализации национальных экономик и установлению широких связей с другими социально-экономическими структурами.

Период 1998--2000 гг. можно назвать прорывом ИРИ на Запад. Уже в первой половине 1998г. состоялись первые контакты глав руководителей внешнеполитических ведомств ИРИ и стран Западной Европы, в ходе которых подчеркивалось обоюдное стремление сторон к нормализации отношений. В сентябре 1998 г. в ходе очередной сессии Генеральной Ассамблеи ООН между министрами иностранных дел Великобритании и ИРИ была достигнута договоренность о восстановлении дипломатических отношений на уровне послов. Министерством иностранных дел поставлена задача: сохранение внешней политики принцип последовательности, уважение к ценностям исламской революции, сделать её боле экономически адоптированной и ориентированной к новой политической ситуации22.

Подводя итог выше сказанному, можно констатировать, что развитие отношений со странами Западной Европы стало одним из приоритетов внешнеполитической деятельности правительства Мохаммада Хотами в конце XX века.

Сразу после победы на выборах, 26 июня 2005 г., Махмуд Ахмадинежад (03.08.2005-03.08.2013) сделал программные заявления: построить «образцовое исламское общество», «образцовую, передовую и могущественную исламскую страну».

Что касается внешней политики, то здесь основными направлениями было прекращение сотрудничества с США, прекращение уступок по ядерной программе. Ахмадинежад -- неоконсерватор, убеждённый сторонник продолжения обогащения урана собственными силами. Неудивительно, ведь ядерная программа выступает как национальная идея в Иране. Так что, при новом президенте позиция Ирана на переговорах с ЕС и МАГАТЭ стала ещё более неуступчивой.

На своей первой пресс-конференции 26 июня, новый президент Ирана подчеркнул, что Иран продолжит развитие национальной ядерной программы, поскольку ядерные технологии нужны стране для энергетических, медицинских, сельскохозяйственных целей и научного прогресса. Вместе с тем президент был готов продолжить переговоры по ядерной программе с европейской «тройкой» (Германия, Франция, Великобритания), но при условии признания за Ираном права на использование атомной энергии23.

Западная Европа в то время еще не так зависела от американской администрации, но в её решениях уже прослеживалось давление из-за океана. Принимая во внимание категоричную политику Тегерана по отношению к США, всё это грозило вылиться в некий конфликт интересов. Принимая во внимание, что в Пакистане уже имелось ядерное оружие, и такое соседству правительству Ирана не очень благоволило, Ахмадинежад не в коем случае не хотел сворачивать ядерную программу. Как мирную, так и военную. Вашингтон, при помощи ООН и совбеза ООН, разыграл эту карту, подведя все действия к санкционному режиму против Ирана.

С приходом к власти в Иране президента Махмуда Ахмадинежада отношение Тегерана к Западу изменилось. В связи с этим обострились противоречия не только с Соединенными Штатами, но и с главным торговым партнером Ирана -- Европейским Союзом, который хотя и не разделял некоторых политических взглядов Вашингтона, имея общие экономические интересы с Ираном, но все равно встал ему в оппозицию.

Еще раньше правительство иранского президента Мохаммада Хатами в качества жеста доброй воли и ради демонстрации мирного характера ядерной программы временно остановило обогащение урана, однако следующий за ним кабинет министров аннулировал Саадабаское соглашение от 2003 г., заключенное Ираном с Великобританией, Германией и Францией, и вновь начал ядерную деятельность.

Первым последствием данного решения стало предупреждение Совета директоров МАГАТЭ от 4 февраля 2006 г. Оно гласило, что если Тегеран не приостановит обогащение урана, то дело будет передано на рассмотрение Совета Безопасности ООН.

Тогда иранское правительство проигнорировало это обращение и уже 8 марта того же года иранское ядерное досье легло на стол Совбеза. В общей сложности этот орган принял шесть резолюций против Ирана, первая из которых имела характер предупреждения, а последующие пять вводили уже конкретные санкции.

Самая первая резолюция № 1696 была утверждена 31 января 2006 г. Этот документ был простой декларацией и не содержал каких-то карательных мер в адрес Ирана, однако требовал от его руководства прекратить любую деятельность, связанную с обогащением урана. Как уже отмечалось, игнорирование данной резолюции привело к принятию пяти других документов, наложивших тяжелые санкции на Исламскую Республику.

Вторая резолюция Совбеза № 1737, угрожавшая введением жестких санкций, была принята 23 декабря 2006 г. Издав этот документ, высший орган ООН, утвердил целый ряд санкций, которые коснулись важных объектов ядерной отрасли и наложили арест на счета и компании, связанные с ядерной программой Ирана. Вторая резолюция давала Тегерану срок 60 дней, чтобы приостановить обогащение урана.

Третья резолюция Совета Безопасности № 1747 от 24 марта 2007 г., равно как и предыдущая, была принята всеми 15 членами этого органа. В этом документе Ирану опять было предоставлено 60 дней, чтобы прекратить свою ядерную деятельность, а остальным странам мира предписывалось ограничить их сотрудничество с иранскими компаниями в сфере атомной энергетики. В данную резолюцию также вошли статьи о запрете импорта в Иран и экспорта из него тяжелых видов вооружения.

Четвертая резолюция Совбеза № 1803 была принята 3 марта 2008 г. при поддержке 14 голосов. Тогда от голосования воздержалась лишь Индонезия. Это решение еще больше ужесточило санкции, введенные против Ирана резолюциями № 1737 и 1747. В результате усилились ограничения на выезд и оборот финансовых средств в отношении конкретных физических и юридических лиц Исламской Республики. К тому же, выполнение некоторых ограничений, прописанных в резолюции, было обязательным.

Это постановление получило одобрение в Совете Безопасности вопреки обещаниям президента Ахмадинежада о том, что больше против Ирана не будут принимать никаких резолюций.

Резолюция № 1835 стала пятым подобным документом, принятым Совбезом 27 сентября 2008 г. при согласии всех 15 его членов. В ней не было указаний на введение новых санкций, а лишь подчеркивалось необходимость скорейшего выполнения ограничений, заявленных в прежних резолюциях. Шестая и последняя резолюция Совета Безопасности № 1929 была утверждена 9 июня 2010 г. Она наложила запрет на любую торговую деятельность Ирана с другими странами, связанную с обогащением урана, других ядерных веществ или технологий. Всем остальным государствам- членам ООН запрещалось поставлять в Иран любые виды военной техники, а именно: танки и бронетранспортеры, военные самолеты и вертолеты, артиллерийские орудия большого калибра, боевые корабли, ракеты, ракетные системы и прочее оборудование, связанное с данными видами вооружения. В целом, после передачи ядерного досье Ирана в Совет Безопасности

ООН оно перешло из чисто юридической сферы в область политики и безопасности. Резолюции, которые однажды бывший президент Ирана назвал «жалкими бумажками», не только поставили страну в крайне тяжелое экономическое положение, но и создали благоприятные условия для введения односторонних и многосторонних санкций со стороны Америки, Европейского Союза и других государств Запада24.

Ядерная программа Ирана стала тем липовым поводом (как оружие массового уничтожения в Ираке), с помощью которой Запад стал накладывать всё новые и новые санкции, пытаясь подорвать экономику Ирана, значительно снизив уровень жизни в стране, и в последующем поддержать народные волнения.

Россия, как член ООН тоже должна была присоединиться к санкциям. Однако в последующие годы, именно благодаря влиянию дипломатии Российской федерации, в январе 2016 г. санкции были частично сняты со стратегически важного союзника. А на данном этапе внешняя политика Ирана терпела унижение от санкционных ударов и нежелания правительства Ахмадинежада идти на уступки Западу.

Поток санкций, которые Запад в массовом порядке вводил в 2006-2012 гг. в связи с ядерной программой Ирана, продемонстрировал не только лидерские амбиции Запада, мешавшие реализации законных прав иранского народа на использование мирного атома, но и неконструктивную позицию прошлого правительства, не способного решить противоречия путем переговоров. Сменившему его новому правительству под руководством президента Хасана Рухани (03.08.2013 - …) достались в наследство все те многочисленные санкции, введенные ранее против Ирана и разрушавшие его экономику.

Учитывая сложившуюся ситуацию, новый кабинет министров, сделавший своим лозунгом конструктивное взаимодействие со странами региона и всего мира, направил основные усилия на урегулирование ядерной проблемы и иранские дипломаты взялись за проведение серьезных и целенаправленных переговоров. В результате неутомимых усилий участников переговоров по ядерной проблеме во главе с министром иностранных дел Мохаммад Джавадом Зарифом 24 ноября 2013 г. между Ираном и шестеркой международных посредников было подписано Женевское соглашение, называемое также «Проектом совместных действий». Заключение этого проекта Ираном и группой «5+1» важно тем, что при прежнем правительстве Ахмадинежада переговоры с шестью мировыми державами зашли в тупик и не имели никакого результата.

Хотя, согласно первоначальному Женевскому соглашению, международные посредники обязались не вводить против Ирана никаких санкций в связи с его ядерной программой, со стороны западных стран были предприняты действия, которые хотя и не нарушали договор, но противоречили самому духу соглашения.

Так, 29 ноября 2013 г. Европейский Союз включил в свой санкционный список организацию, управляющую строительством атомных электростанций в Иране, а также 16 судоходных компаний. 12 декабря 2013 г. и 6 февраля 2014 г. Министерство финансов США ввело санкции против еще нескольких физических и юридических лиц Исламской Республики. 29 апреля ограничения были утверждены в адрес восьми китайских и двух эмиратских фирм, которые якобы сотрудничали с Ираном. 29 августа Минфин США объявил о санкциях в отношении других восьми физических лиц и двух десятков коммерческих организаций, в том числе шести танкерных. Все они были обвинены в нарушении санкций, наложенных на иранскую ядерную программу и ракетостроение. 15 февраля 2015 г. Евросоюз утвердил санкционные меры против «Национальной иранской танкерной компании». Все эти санкции были введены против Ирана в период работы нового правительства под председательством Хасана Рухани.

Политическое руководство Вашингтона и ряда европейских столиц, а также часть связанных с ними аналитиков, называют данные меры не новыми санкциями, а продолжением процесса, начавшегося после введения прежних мер запретительного характера. Вместе с тем другая часть экспертов склонна считать, что последние санкции стали рычагом давления Запада, которые он использует для того, чтобы заставить группу иранских переговорщиков отступиться от своей принципиальной позиции.

Несмотря на это, Женевское соглашение не только создало преграды для введения Западом еще больших санкций, но и запустило обратный процесс. Дело в том, что была разморожена значительная часть резервов Ирана в других странах мира, а многие введенные прежде санкции приостановили свое действие.

Что касается разморозки финансовых активов Ирана за рубежом, то за прошедшие шесть месяцев после подписания Женевского соглашения группе иранских переговорщиков удалось вернуть своей стране часть поступлений от продажи нефти в размере 4,2 миллиарда долларов, которые были переведены восемью траншами.

Кроме того, за четыре месяца первого периода продления соглашения Иран смог получить еще 2,8 миллиарда долларов. После пролонгации переговоров на семь месяцев было также принято решение о том, что ежемесячно со счетов Ирана в иностранных банках будут размораживаться 700 миллионов долларов.

Еще одним достижением команды иранских переговорщиков, гораздо более важным, чем получение замороженных ранее денежных средств, стала приостановка действий санкций, которые на протяжении нескольких лет душили экономику страны. В течение одного года после подписания Женевского соглашения постепенно из санкционного списка были исключены некоторые крупные иранские компании. Ожидается, что этот процесс продолжится и в будущем, а если стороны все же поставят свои подписи под универсальным устойчивым соглашением, то санкции не просто будут приостановлены, а отменены окончательно.

В частности, по условиям Женевского соглашения, к числу приостановленных санкций относятся, во-первых, запрет Соединенных Штатов и Евросоюза на куплю-продажу золота и других ценных металлов и осуществление услуг в этой сфере, во-вторых, отказ в выдаче лицензий на осуществление работ и поставок запасных частей для обеспечения безопасности гражданских самолетов и связанных с этим услугами, то есть страхование, транспортировка и финансовые операции, на которые ранее распространялись санкции США и ЕС, в-третьих, эмбарго на экспорт из Ирана продукции нефтехимии и связанных с ним услугами, и, в-четвертых, введенное американцами ограничение на приобретение продукции машиностроения и осуществление связанных с ним операций.

Помимо всего перечисленного, Женевское соглашение содержало и другие благоприятные положения, к числу которых можно отнести создание финансового канала для оптимизации торгового обмена гуманитарного характера с целью обеспечения внутренних потребностей Ирана в сфере пищевых и сельскохозяйственных продуктов, лекарств, медицинского оборудования и выплаты университетских стипендий иранским студентам, получающим образование за пределами своей страны.

В свете достигнутой договоренности 20 января 2014 г. Совет министров иностранных дел Евросоюза выпустил декларацию о 10-кратном увеличении максимально допустимого объема перевода денежных средств при заключении торговых сделок с Ираном. В середине весны того же года Министерством финансов США выдало лицензии двум крупным американским компания Boeing и General Electric, чтобы те смогли заняться поставкой запасных частей для иранских самолетов, а сам президент США Барак Обама выступил против планов Конгресса о введении новых санкций в отношении Исламской Республики.

Еще одним из направлений внешней политики Ирана в наше время является война в Сирии, поддерживаемая Западными странами. В октябре 2015 г. Сирия, Россия, Иран и Ирак создали коалицию по борьбе с запрещенной в России и других государствах ИГИЛ (ДАИШ). Продолжая свою политику по выходу на главенствующие роли в исламском мире, правительство и духовные лидеры Ирана оказывают поддержку всем исламским государствам, в политику которых бесцеремонно вмешивается американская администрация. Получив официальную просьбу о помощи от правительства Сирии, страны коалиции создали координационный центр. Корпус стражей исламской революции (КСИР) прислал в Сирию 1000 военных советников для помощи в организации армейских подразделений официальных войск. Также были высланы части КСИР и на территорию Ирака. Сирийская коалиция за первые месяцы добилась заметных успехов, на фоне предыдущих, почти двухлетних боевых операций США и её союзников по ликвидации террористов. Разница в эффективности действий двух коалиций настолько заметна, что компрометировала США. За два года их действий территория ИГИЛ только возрастала, также как и число террористов в ней.

Для участия в дальнейших переговорах по сирийскому вопросу, Россия добивалась участия в них Иранской делегации. Также как и Россия, Иран не ставит вопрос по разрешению внутреннего конфликта сирийского общества с уходом Башара Асада, на чем категорично настаивают западные переговорщики.

«Любой план Ирана по урегулированию кризиса в Сирии основан на согласии сирийского народа и правительства. Мы не видим никакой альтернативы действующим властям в стране, которая смогла бы также упорно противостоять врагам», - заявил Велаяти. По его слова, позиция Ирана заключается в том, что в Сирии должна быть власть, которую поддерживает большинство. По его мнению, президент Асад сможет еще раз победить на президентских выборах»25. (Али Акбар Велаяти - Советник Верховного лидера Ирана по международным делам).

На долю правительства Рухани и его дипломатический корпус выпала огромная ответственность. После снятия санкций с Ирана, республика хочет стать центром объединения исламского мира. Не взирая на разницу толкования Корана, Иранские священнослужители готовы сближаться со всеми исламскими государствами. На семинаре в Лахоре (Пакистан) с участием суннитских и шиитских ученых, Генеральный секретарь Всемирного форума по сближению исламских мазхабов аятолла Мохсен Араки призвал мусульманских ученых создать союз исламских стран. Выступая на семинаре под названием "Единство уммы" в субботу, 10 октября 2015 г., аятолла Араки выразил надежду, что ученые мусульманского мира будут серьезно заниматься формированием такого союза таким образом, чтоб он имел широкий спрос в мусульманских странах. Он выразил уверенность, что если хотя бы пять стран создадут такой союз, то другие страны начнут присоединяться к нему. Аятолла Араки подчеркнул, что «единство является одним из самых важных вопросов в мусульманской умме, сказав, что Священный Коран и Сунна Святого Пророка (мир ему и благословение) предписывают единство и запрещают раздоры и разобщённость»26.

После отмены санкций, 26 января 2016 г., Ирану вернули право голоса в ООН.

 
Перейти к загрузке файла
<<   СОДЕРЖАНИЕ   >>