Развитие внехрамовой части некрополя (от Большого собора) - Дворянский некрополь Донского монастыря
Полная версия

Главная arrow История arrow Дворянский некрополь Донского монастыря

  • Увеличить шрифт
  • Уменьшить шрифт


<<   СОДЕРЖАНИЕ   >>

Развитие внехрамовой части некрополя (от Большого собора)

Новая эпоха в истории московского некрополя связана с созданием городских кладбищ после эпидемии чумы 1771 г. Началом к созданию новых кладбищ послужил именной указ генерал-губернатору Москвы графу П.С. Салтыкову от 25 марта 1771 г. о запрещении хоронить в московских церквях и монастырях197.

Из монастырей для погребения были оставлены для «знатных людей» загородные монастыри - Спасо-Андронников, Новоспасский, Донской, Покровский, Данилов. 11 ноября 1771 г. вышел Сенатский указ «О предосторожностях от заразительной болезни», в котором, в числе прочего, запрещалось хоронить в черте города198.

Говоря о «местах определенных для погребения умерших в Москве» писатель В.Г. Рубан в своем «Описании Москвы» подчеркивает, что

«знатныя же погребаются в Донском, Покровском и Убожедомском монастырях»199. С этого времени кладбище Донского монастыря стало стремительно увеличиваться, постепенно став одним из самых аристократических в Москве. Вместе с тем, надо учитывать, что некрополь Донского монастыря нельзя считать только дворянским: первые купеческие захоронения появились еще до 1771 г., а уже в середине XIX века в некрополе хоронят и крестьян.

В отличие от Лазаревского кладбища Александро-Невской лавры облик некрополя Донского монастыря в большей степени определяют рядовые надгробия. Они образуют цельный ансамбль некрополя. Его облик изначально был богаче: золоченые и мраморные доски с эпитафиями; разноцветный мрамор белокаменных надгробий; золоченые кресты и гвоздики, накладки оград; обилие зонтов над памятниками. В эпитафиях часто указывался чин погребенного, иногда его награды, биографические данные, что по меткому замечанию Е.В. Николаева «должно было поддерживать загробную иерархию» покойного200.

Наиболее значительная часть монастырского некрополя, дошедшая до нашего времени, связана с последней четвертью XVIII - первой половиной XIX веков. Именно в этот период в некрополе Донского монастыря формируются компактные фамильные дворянские захоронения («семейные некрополи»). Так, с правой стороны Большого собора, почти сразу после «чумного» 1771 г., появляется семейный некрополь дворян Спечинских (участок № 6) .Первым здесь был погребен статский советник, член Вотчинной коллегии Никита Федорович Спечинский (1726-1773)201.

Некрополь князей Хованских в Донском монастыре ведет свое начало с 1775 г. Тогда здесь нашел последний покой полковник князь Николай Васильевич Хованский (1733-1775). Уже в конце XVIII века в монастырском некрополе был похоронен брат князя Н.В. Хованского поручик князь Алексей Васильевич Хованский (1738-1799). До наших дней надгробный памятник серого полированного гранита внучки князя А.В. Хованского Натальи Васильевны Булгаковой (1785-1841), урожденной княжны Хованской, жены московского почтового директора А.Я. Булгакова (участок

№ 6 за Большим собором), знакомой А.С. Пушкина и В.А. Жуковского. К некрополю Хованских примыкает, находящееся левее (на участке № 1) захоронение действительного тайного советника князя Федора Сергеевича Барятинского (1742-1814), одного из убийц императора Петра III. Князь Ф.С. Барятинский был женат на княжне М.В. Хованской. На его могиле стоит постамент темно-красного полированного гранита, увенчанный небольшим бронзовым крестом. Памятник был поставлен супругой202.

В 1778 г. «за алтарем» Большого собора были погребены камер- фрейлина княжна Анна Сергеевна Долгорукова (1719-1778), дочь действительного статского советника князя С.П. Долгорукова, и гвардии капитан князь Григорий Сергеевич Долгоруков (1729-1778). В 1764 г. княжна А.С. Долгорукова была избрана императрицей Екатериной II в главные начальницы Воспитательного общества благородных девиц при Воскресенском Новодевичьем (Смольном) монастыре. Князь Г.С. Долгоруков был сыном камергера князя С.Г. Долгорукова, участника составления подложного духовного завещания императора Петра II, и княгини М.П. Долгоруковой (1697-1762), дочери известного дипломата петровского времени вице-канцлера барона П.П. Шафирова (1669-1739)203.

В 1780 г. «за алтарем» Большого собора хоронят Варвару Алексеевну Кологривову, жену действительного статского советника А.М. Кологривова (1751-1794). Отцом В.А. Кологривовой был обер-прокурор Синода князь А.С. Козловский (1707-1776), братом русский писатель, поэт и переводчик князь Ф.А. Козловский (1740-е - 1770), погибший в 1770 г. во время Чесменского боя при взрыве линейного корабля «Святой Евстафий»204.

Тогда же, в 1780 г, «за алтарем» Большого собора был погребен бригадир князь Сербан (Сергей) Дмитриевич Кантемир, сын молдавского господаря Д. Кантемира (1673-1723) и брат русского поэта-сатирика, дипломата князя А.Д. Кантемира (1708-1744). Внучатым племянником князя С.Д. Кантемира был Н.Н. Бантыш-Каменский, погребенный в Малом соборе Донской обители Надгробие не сохранилось. Небольшой некрополь Бантыш- Каменских находится чуть левее от алтаря Большого собора. Здесь погребен известный историк Дмитрий Николаевич Бантыш-Каменский (1788-1850), сын Н.Н. Бантыш-Каменского205.

Рядом с ротондой усыпальницей графов Зубовых, сохранился семейный склеп князей Щербатовых. Над склепом, представляющим собой памятник-мавзолей, возвышается оригинальное архитектурное сооружение - массивная островерхая пирамида, сложенная из белокаменных тесаных блоков, покоящаяся на тяжеловесном кубическом постаменте, грани которого завершаются полукруглыми фронтонами. Здесь были похоронены: участник Семилетней войны 1756-1762 гг., отличившийся в битве при Цорндорфе, подполковник князь Павел Николаевич Щербатов (1722-1781) и его 2-я жена княгиня Анастасия Сергеевна Щербатова (1731-1787), сестра гвардии капитана князя Г.С. Долгорукова (о нем чуть выше)206.

«С правой стороны» Большого собора в 1781 г. образовалось семейное захоронение Зиновьевых. Здесь была погребена фрейлина Екатерина Александровна Зиновьева (1748-1781), жена генерал-поручика С.С. Зиновьева (1740-1794), дочь генерал-аншефа светлейшего князя А.А. Меншикова (1714-1764)207.

В 1782 г. «с правой стороны» Большого собора был погребен генерал- поручик Сергей Наумович Сенявин, умерший 22 ноября 1782 г., двоюродный дядя знаменитого русского флотоводца адмирала Д.Н. Сенявина (1763-1831). Женой С.Н. Сенявина была Н.А. Нарышкина (1729-1760), троюродная сестра императрицы Елизаветы Петровны208.

В 1783 г. «с правой стороны» Большого собора (участок № 1) возникло семейное захоронение Мерлинов. Здесь были погребены генерал-поручик Даниил Афанасьевич Мерлин, умерший 4 августа 1783 г., его сын генерал- майор Яков Данилович Мерлин (1753-1819), получивший наибольшее число голосов при баллотировке на должность начальника Саратовского ополчения в 1812 г. и их жены. Женой Я.Д. Мерлина была Анастасия Васильевна Мерлина (ум. 15 августа 1848), дочь бригадира В.П. Лачинова и княжны М.И. Дашковой, племянница княгини Е.Р. Дашковой209.

Недалеко от лестницы южной паперти Большого собора (участок № 1) находилось семейное захоронение Кокошкиных. Здесь в 1786 г. был погребен генерал-поручик Федор Иванович Кокошкин (1720-1786), участник Семилетней войны. Саркофаг Ф.И. Кокошкина с гербом Кокошкиных теперь можно увидеть в открытой нижней галерее (подклете) Большого собора монастыря. Надгробный памятник его сыну (гробничка из розового гранита)

- драматургу и переводчику Федору Федоровичу Кокошкину (1773-1838), управлявшему в 1823-1831 гг. Московскими казенными театрами, остался на месте семейного захоронения210.

Напротив апсиды Большого собора нашел упокоение известный московский филантроп и богач Прокофий Акинфиевич Демидов (1710-1786). Интересен памятник с эпитафией П.А. Демидову, установленный его женою Татьяной Васильевной Демидовой, урожденной Семеновой, 2 июля 1789 г. Т.В. Демидова была погребена рядом с мужем в 1800 г. Памятник представляет собой типичный образец псевдоклассического стиля в русской архитектуре конца XVIII века. Он состоит из нагромождения различных архитектурных деталей: массивный куб, на кубе обрезок канелюрованной колонны, ее венчает усеченная призма с вогнутыми гранями. Памятник завершается небольшой стилизованной урной с языком пламени211.

В конце XVIII века появляются развернутые программные надгробия с эпитафиями, рельефами и скульптурами. Но одновременно строгий классицизм ввел моду и на простые памятные знаки: саркофаги, колонны, обелиски, пирамиды, стволы деревьев из камня и др. С конца XVIII века ведет начало семейный некрополь Грибоедовых, расположенный у Большого собора. Здесь стоят три белокаменных надгробия, увенчанные пирамидами. Самое раннее надгробие принадлежит Александре Сергеевне Грибоедовой (1767-1791), урожденной княжне Одоевской. Под этим же камнем погребены: муж А.С. Грибоедовой надворный советник Алексей Федорович Грибоедов (1767-1833), дядя знаменитого писателя и драматурга А.С. Грибоедова, и его вторая жена Анастасия Семеновна Грибоедова (1777- 1850), урожденная Нарышкина. Под другими надгробиями дети А.Ф. Грибоедова от второго брака - младенцы Федор и Семен212.

С конца XVIII венка потомки смоленских князей Дмитриевы- Мамоновы (Дмитриевыми-Мамоновыми они стали писаться по указу 1690 г.) хоронятся в некрополе подле Большого собора (участок № 1). Так, в 1792 г. здесь была погребена Анна Ивановна Дмитриева-Мамонова, урожденная Боборыкина, жена действительного тайного советника Матвея Васильевича Дмитриева-Мамонова (1724-1810), вице-президента Вотчинной коллегии, тоже погребенного здесь (надгробие - куб с плитой из розового полированного гранита). Интересно отметить, что М.В. Дмитриев-Мамонов был родным дядей княгини А.А. Голицыной, с именем которой в Донском монастыре была связана постройка церкви Михаила Архангела213.

В начале XIX века в семейном некрополе Дмитриевых-Мамоновых были погребены сын М.В. Дмитриева-Мамонова действительный камергер граф Матвей Александрович Дмитриев-Мамонов (1758-1803), фаворит императрицы Екатерины II и его жена графиня Дарья Федоровна Дмитриева- Мамонова (1758-1801), урожденная княжна Щербатова. Памятники на их могилах выполнены в виде оригинальных белокаменных урн-саркофагов, стоящих на овальных фигурных ножках.

Здесь же погребен сын графской четы - участник Отечественной войны 1812 г. генерал-майор, декабрист граф Матвей Александрович Дмитриев- Мамонов (1790-1863), сформировавший из своих крестьян и добровольцев казачий полк214. На его могиле белокаменный обелиск на постаменте из розового гранита. А под колонной серого мрамора нашел последний покой писатель, переводчик, автор и издатель первого по времени сочинения о русских медалях бригадир Федор Иванович Дмитриев-Мамонов (1727-1805), троюродный брат М.В. Дмитриева-Мамонова и двоюродный брат Д.Н. Салтыковой («Салтычихи») 215.

В 1793 г. с правой стороны от алтаря Большого собора возникает небольшой некрополь Ртищевых. Здесь была погребена капитанша Мария Васильевна Ртищева (1728-1793), дочь бригадира В.М. Лихарева и жена капитана Ф.А. Ртищева. Уже в XIX веке рядом с М.В. Ртищевой хоронится ее дочь - графиня Елизавета Федоровна Орлова (1750-1834), жена графа И.Г. Орлова. На территории монастырского некрополя нашел последний покой и сын М.В. Ртищевой генерал от инфантерии Николай Федорович Ртищев (1754-1835), главнокомандующий в Грузии216.

С левой стороны от апсиды Большого собора расположен некрополь Фонвизиных. Еще в середине XVIII века появляются наиболее

«скульптурные» саркофаги, форма которых все более усложняется, получая своеобразные надстройки в виде высоких крышек с короной или картушем. Надгробия брата писателя Д.И. Фонвизина Павла Ивановича Фонвизина (1746-1803) и его жены Марии Васильевны Фонвизиной (1757-1793), урожденной Толстой, представляют как раз такой тип надгробия, по стилю типичный для 70-80-х гг. XVIII века: два одинаковых белокаменных саркофага, стоящие на высоких постаментах и увенчанных полукруглыми волютами-картушами с дворянскими гербами. На западной стене саркофага П.И. Фонвизина имеется полустертое изображение священной масонской дельты в виде светящегося равнобедренного треугольника217.

Рядом погребен брат писателя, подполковник Александр Иванович Фонвизин (1749-1819) с женой Екатериной Михайловной, отец декабристов И.А. и М.А. Фонвизиных. Памятник А.И. Фонвизину представляет собой саркофаг серого полированного гранита на высоком постаменте. К семейному некрополю Фонвизиных примыкает захоронение поэта, драматурга Василия Ивановича Майкова (1728-1778). В.И. Майков был дядей М.В. Фонвизиной. Памятник В.И. Майкову представляет собой усеченную пирамиду черного гранита, увенчанную вазой218.

В конце XVIII века, к востоку от стенки южного крыльца Большого собора, появляется некрополь казачьего дворянского рода Иловайских. Здесь был погребен войсковой атаман Войска Донского генерал от кавалерии Алексей Иванович Иловайский, отличившийся при Кагуле в 1770 г. Он умер 1 мая 1797 г. на 62-м году жизни и был похоронен «по воле» императора Павла I в некрополе Донского монастыря. Сохранился герб с надгробия А.И. Иловайского (теперь его можно увидеть в подклете Большого собора). Здесь же был погребен племянник А.И. Иловайского участник Отечественной войны 1812 г. генерал-лейтенант Василий Дмитриевич Иловайский 12-й (1785-1860). На его могиле памятник из серого песчаника в виде вертикальной плиты с треугольным фронтоном (мраморное распятие на памятнике было недавно восстановлено) 219.

Рядом с могилой В.Д. Иловайского можно увидеть призму из темно- серого гранита на прямоугольном цоколе из песчаника с закругленными выемками. Это надгробие генерал-майора Донского казачьего войска Ивана Кузьмича Краснова (1752-1812), родоначальника казачьего дворянского рода Красновых. Генерал-майор И.К. Краснов в бою у Колоцкого монастыря 24 августа 1812 г. был тяжело ранен в правую ногу и через 14 часов после ее ампутации скончался. Похоронен 27 августа при большом стечении народа, надпись на могильном памятнике гласила: «Убит французами в начале Бородинского сражения близ Колоцкого монастыря»220.

На рубеже XVIII-XIX вв. возникает некое сентиментальное восприятие кладбищ, складывается ритуал посещения кладбищ. Уже в XIX веке С.Н. Глинка в путеводителе по Москве писал: «На кладбище Донском множество гробниц, украшенных бронзою, мрамором и гербами. Таким образом тленное великолепие домогается еще блистать и в пределах, обреченных смерти!»221.

В начале XIX века возле ризницы Большого собора возникает семейный некрополь Пушкиных (о более ранних захоронениях в Малом соборе речь шла выше). На семейном участке Пушкиных были погребены: бабушка А.С. Пушкина Ольга Васильевна Пушкина (1737-1802), урожденная Чичерина; дядя поэт Василий Львович Пушкин (1766-1830); тетка Анна Львовна Пушкина (1769-1824); тетка Елизавета Львовна Сонцева (1776-1848) с мужем и дочерью. К некрополю Пушкиных примыкает захоронение девицы Анны Васильевны Чичериной (1730-1793), дочери полковника В.И. Чичерина, сестры бабушки А.С. Пушкина. Оно, по сути, и положило начало

семейному некрополю Пушкиных222.

На смену белому камню в 20-е гг. XIX века приходит гранит и песчаник. Белокаменные надгробия соседствуют с тяжеловесными гранитными колоннами, стелами, урнами, саркофагами. Памятник О.В. Пушкиной выполнен из белого песчаника в классическом стиле в виде рустованной арочной призмы, увенчанной шаром. Внизу, под стрельчатой аркой, помещена белокаменная урна с рельефным крестом. На мраморной плите, вмонтированной в лицевую верхнюю часть призмы, выгравирована лаконичная надпись: «Матери и другу». Над могилой В.Л. Пушкина стоит гранитный памятник. Как известно, А.С. Пушкин взял на себя хлопоты и расходы по похоронам дяди. За захоронение ему пришлось заплатить 620 р223.

Рядом с некрополем Пушкиных, в ограде под кровлей, под одним общим надгробием серого гранита в виде колонны, пересеченной рустом, похоронены родственники поэта и публициста Н.П. Огарева. Здесь нашли вечный покой: дедушка и бабушка по линии матери - надворный советник

Иван Егорович Баскаков (1753-1798) и Вера Павловна Баскакова (1756-1827), урожденная Хитрово; старший брат - Н.П. Огарева Александр Платонович Огарев, умерший младенцем в 1806 г; бабушка по линии отца - Анна Сергеевна Огарева (1749-1826), урожденная Безобразова224.

У дорожки, идущей к лестничному маршу южной паперти Большого собора (участок № 1), был погребен генерал-майор граф Лев Кириллович Разумовский (1757-1818), участник русско-турецкой войны 1787-1791 гг., сын генерал-фельдмаршала графа К.Г. Разумовского. Памятник графу Л.К. Разумовскому сделан из красного олонецкого порфира. Здесь же нашла последний покой его жена кавалерственная дама графиня Мария Григорьевна Разумовская (1772-1865), урожденная княжна Вяземская, в первом браке княгиня Голицына. В доме графа Л.К. Разумовского на Тверской улице с 1831 г. находился Английский клуб (теперь Музей современной истории России). К семейному некрополю Разумовских примыкает семейный некрополь князей Вяземских. У дорожки, проходящей между Малым и Большим соборами обители, упокоился брат графини М.Г. Разумовской писатель, действительный тайный советник князь Николай Григорьевич Вяземский (1769-1846) и его сын Лев, представители третьей линии второй ветви рода князей Вяземских225.

Возле Большого собора в 1820 г. был погребен генерал-майор Александр Алексеевич Чесменский (1762-1820), участник русско-турецкой войны 1787-1791 гг., побочный сын графа А.Г. Орлова-Чесменского, получивший дворянство от императрицы Екатерины II. Его захоронение украшает гробница розового полированного гранита с рельефным крестом226. Недалеко от Большого собора, рядом с дорожкой, идущей к Малому собору, в первой половине XIX века возник семейный некрополь графов Паниных. Здесь была погребена графиня Софья Владимировна Панина (1774-

1844), дочь графа В.Г. Орлова, с дочерью графиней Аглаидой Никитичной Паниной (1798-1829). В 1850 г. рядом с ними нашел последний покой сын графини С.В. Паниной участник Бородинского сражения граф Александр Никитич Панин (1791-1850) с женой графиней Александрой Сергеевной Паниной, урожденной Толстой. На месте их могилы стоит надгробие в виде высокой гранитной призмы полированного гранита с врезанным в нее беломраморным барельефом Христа, и увенчанным таким же беломраморным крестом227.

Слева от некрополя графов Паниных семейный некрополь Дубовицких. Здесь погребены подполковник Александр Петрович Дубовицкий (1782- 1848), масон, близкого к А.Ф. Лабзину (А.П. Дубовицким 3 марта 1823 г. было куплено могильное место «близ жены»228) и его сын, президент Медико-хирургической академии, Петр Александрович Дубовицкий (1815- 1868). Памятник П.А. Дубовицкому, работы А.Р. фон Бока, представляет собой чугунный крест на кубическом постаменте с барельефным изображением Христа в круглой нише229.

Постепенно, начиная с середины XIX века, кресты на надгробиях завоевывают себе все больше места. Из надгробий полностью вытесняется

«античная символика», в надписях на надгробиях появляется много евангельских цитат. В середине XIX века у Большого собора, с левой стороны дорожки, идущей к лестничному маршу южной паперти собора (участок № 1), возникает семейный некрополь князей Оболенских. В 1840 г. здесь была погребена княгиня Анна Михайловна Оболенская, жена князя Г.М. Оболенского. В дальнейшем здесь же нашли вечный покой: дядя князя Г.Н. Оболенского, участник Отечественной войны 1812 г. тайный советник князь Андрей Петрович Оболенский (1769-1852), попечитель Московского учебного округа, и его вторая жена княгиня Софья Павловна Оболенская

(1787-1860), урожденная княжна Гагарина. На их могиле стоит массивная гранитная призма230.

Несколько вдали от Большого собора (между 1 и 6 участками) во второй половине XIX века семейный некрополь Лопухиных. В 1872 г. здесь был погребены действительный статский советник Алексей Александрович Лопухин (1813-1872), близкий друг М.Ю. Лермонтова, брат В.А. Бахметевой, с женой Варварой Александровной Лопухиной (1820-1873), урожденной княжной Оболенской, и детьми. Последнее захоронение семейного некрополя относится к 1915 г. - тогда здесь нашел последний покой, капитан л.-гв. Преображенского полка Рафаил Сергеевич Лопухин (1883-1915), умерший от тяжелого ранения в голову, внук А.А. Лопухина. Над могилой

Р.С. Лопухина был поставлен деревянный крест231.

В глубине от Большого собора (участок № 6) на рубеже XIX-XX вв. возник некрополь Трубецких-Самариных-Лермонтовых. Здесь были погребены: русский музыковед князь Николай Петрович Трубецкой (1828- 1900), председатель Московского отделения Русского музыкального общества, внук генерал-фельдмаршала П.Х. Витгенштейна; вторая жена князя Н.П. Трубецкого княгиня Софья Алексеевна Трубецкая (1841-1901), урожденная Лопухина; их сын философ князь Сергей Николаевич Трубецкой (1862-1905), первый выборный ректор Московского Университета, с женой. Над захоронениями князя Н.П. и княгини С.А. Трубецких стоят два высоких массивных креста серого камня. Над могилой князя С.Н. Трубецкого

поставлен новый памятник, повторяющий прежний - гранитный крест и мраморная доска, приложенная к основанию232.

В XX веке к князьям Трубецким (вторая ветвь) присоединился семейный некрополь Самариных: Антонина Дмитриевна Самарина (1864-

1901), дочь князя Н.П. Трубецкого; ее муж публицист, общественный и государственный деятель Федор Дмитриевич Самарин (1858-1916) и их сын. Здесь же, рядом с отцом Геннадием Геннадиевичем Лермонтовым (1865- 1908), похоронили возвратившегося в СССР из эмиграции Николая Геннадиевича Лермонтова (1901-1965), внука князя Н.П. Трубецкого. Уже в семейном склепе Трубецких была захоронена урна с прахом четвероюродного брата Н.Г. Лермонтова подполковника Петра Николаевича

Лермонтова (1898-1975), участника двух мировых войн. Н.Г. и П.Н. Лермонтовы - правнучатые племянники М.Ю. Лермонтова233.

Нами была предпринята попытка дать общий разбор развитию семейных дворянских некрополей обители (от Большого собора). При этом нужно отметить, что захоронения Лермонтовых в семейном склепе Трубецких относятся уже ко второй половине XX века. Показана также эволюция стилевых особенностей надгробных памятников внехрамовой части некрополя.

 
Перейти к загрузке файла
<<   СОДЕРЖАНИЕ   >>