Особенности жанра исторической песни в музыкальном фольклоре русского народа

Из истории формирования жанра исторической песни

«Подлинную историю трудового народа нельзя знать, не зная устного народного творчества... От глубокой древности фольклор неотступно и своеобразно сопутствует истории...» - писал М.Горький.

В древнейший период у большинства народов бытовали родовые предания, трудовые и обрядовые песни, заговоры. Позже возникают волшебные, бытовые сказки, сказки о животных, догосударственные (архаические) формы эпоса. В период формирования государственности сложился классический героический эпос, в русском фольклоре это былины - эпические песни о богатырях, их подвигах, в основе сюжета былин - героическое событие или эпизод русской истории, отсюда их название - старина, старинушка, что подразумевает событие, происходившее когда-то в прошлом. Таковы циклы былин об Илье Муромце, Добрыне Никитиче, Алеше Поповиче. Затем возникли исторические песни, баллады. Исторические песни как жанр русского фольклора - эпические или лиро-эпические песни, сюжетно связанные со временем исторических событий XVI - XVIII вв., отдельные циклы посвящены Ивану IV Грозному, Степану Разину, Ермаку, Петру I.

Песни, в которых изображены важные события и выдающиеся личности прошлого, называются историческими. Исторические песни -- жанр народного творчества, рассказывающий о событиях гражданской и военной истории (в основном, XVI--XX вв.), который содержал в себе оценки деятельности исторических лиц. Основная характеристика исторических песен - соотнесенность с «внешней историей», событиями жизни государства, войн, походов, династических смен. В старейшие (безстатейные) части летописей устные повествования входят как легендарное основание истории. Таков Рязанский цикл исторических песен XIII в., который Б.Н.Путилов реконструировал из летописного свода. Обратное движение, усвоение реалий письменной культуры устными традициями происходило иначе, и оно связано прежде всего с духовными стихами. На первый взгляд, эти процессы самостоятельны, обособленны и не могут иметь общего поля. Однако, существует определенное пространство, в котором они встречаются, преобразуя историческое сознание в определенную пору его становления. Это время - граница XVII и XVIII веков, и форма осуществления - особая ветвь русской музыкально-поэтической культуры.

Как жанр, исторические песни сформировались в Московской Руси, но зародыши их появляются еще в пору борьбы с монголо - татарским игом, образцами их могут служить стоящие на грани былин и исторических песен «Авдотья Рязаночка» и «Щелкан Дудентьевич». Историческое сознание народа второй половины XVI века далеко ушло по сравнению с эпическим сознанием Древней Руси. Изображение исторического факта должно опираться на определенные жанровые традиции фольклорного творчества, иначе судьба исторической поэзии была бы сходной с участью древнерусских исторических песен и слав. «Песни и славы (свадебные песни), создававшиеся при дворе того или иного князя или боярина в его честь, часто не выходили за пределы этого двора, погибая со смертью его владельца». Очень показательна в этом плане песня «Щелкан Дудентьевич», датируемая исследователями первой половиной XIV века. С XIV по XVI вв., на протяжении 200 лет у нас нет свидетельств о создании и распространении собственно исторических песен. Этот факт объясняется тем, что в течение этого времени преобладает обобщенная форма отражения действительности, историческое сознание как таковое еще не развито. Тем не менее, песня о Щелкане бытует самостоятельно с XIV века в различных версиях и считается на данный момент отправной точкой в датировке момента возникновения исторической поэзии. Исторические песни возникали всегда, на протяжении всей истории народа. Другое дело, что они легко забывались и исчезали вплоть до второй половины XVI века. Они не обладали особой формульностью текста, которую формирует жанровая традиция, так как, действительно, не обладали жанровой структурой, ориентируясь, прежде всего, на воспевание какого-либо события или создаваясь в целях восхваления определенного героя. Остаться в памяти могли только те тексты, которые подключались к формульной традиции. Такой песней является «Щелкан Дудентьевич». Она осталась в памяти народа, поскольку, не будучи смежной формой, объединяет в себе множество версий: балладную, историческую, эпическую и так называемую переходную, где совмещаются все три трактовки художественного замысла. Формульной традицией в данном случае выступило скоморошье искусство, специализирующееся на осмеянии определенных образов любых жанровых систем.

Песня выдержана в духе скоморошьей традиции и осмеивает, прежде всего, ханского наместника, тем самым разоблачая татаро-монгольское иго. Сказителей, прежде всего, интересовала возможность показать в песне историческое время и образ Щелкана как подлого насильника, носителя ужасных и жестоких обычаев татаро-монгольского ига. Более того, требование смерти ханскому наместнику всегда исполняется, это обобщает идейную установку песни и возводит ее на уровень актуальности для XIV - XV вв. свержения гнета иноземных захватчиков.

Уже в цикле песен времени Ивана Грозного ощущается принципиально другое, чем в былинах, отражение событий истории. Можно сравнить в этом плане подобную, но более совершенную песню «Кострюк», возникшую не ранее второй половины XVI века. Основной целью произведения является создаваемый на основе былинного эпоса положительный образ царя Ивана Грозного и, в конечном итоге, осмеяние в скоморошьей традиции угасшей силы татар, так как Московская Русь к тому времени значительно окрепла и являлась мощным военным государством. Согласно поэтической традиции образ Ивана Грозного должен быть положительным. Он пришел на смену уже презираемому и бессильному Владимиру. Образ нового царя осмысливается в рамках его государственной деятельности: расширение границ Московской Руси, активная внешнеполитическая роль на международной арене, само положение могущественного самодержавного властителя - все это отразило чаяния и нужды народных масс. Со времен создания героического эпоса, с XIII века, народ в образе князя Владимира, в циклизации былин и приурочении их к Киеву создавал идеал сильного централизованного государства. В полной мере таким требованиям соответствовал Иван IV: он выполнил все задачи, все мечты, воспеваемые в народной поэзии, он явился тем государем, которого давно желал видеть народ. Однако террор, устраиваемый царем против собственного населения, выведение измены из пределов Московской Руси, создание опричнины - все это способствовало неоднозначной трактовке его образа. Царь всегда прав, но иногда он может быть жесток и грозен. Во «Взятии Казани» пушкари испуганы гневом Грозного, связанного с промедлением захвата города. В песне «Гнев Ивана Грозного на сына», изображающей жестокое разорение Новгорода в 1570 г., царь признает несправедливость своего гнева, тем самым признавая идею справедливости защиты простого народа.

В «Иване Грозном под Серпуховым» проводится идея о непричастности царя к обвинениям в доносе. В цикле песен о правеже царь устанавливает справедливость по народным понятиям, прощая молодца.

В исторических песнях, создающих образ Ивана Грозного, народные певцы могут прямо осуждать царя за его жестокие и решительные действия, но в конечном итоге царь всегда окажется правым. Эта особенность народного восприятия, основанная на эпическом творчестве, потребности воплощения положительного активного образа царя, закладывает основу для психологического раскрытия образной системы жанра исторических песен. Неоднозначность трактовки действий Ивана Грозного приведет в XVII веке к психологическим мотивировкам, объясняющим и конкретизирующим его характер. Примером может служить историческая песня «Грозный и Домна», перерабатывающая старшую балладу «Дмитрий и Домна». Народные сказители прямо осуждают царя, который захотел насильно взять в жены племянницу игуменьи. Эта редкая песня, известная на Волге и носящая узкий, локальный характер бытования, полностью на стороне героини. Домна сама определяет свой выбор, она не хочет идти замуж за уродливого царя….Историческая песня, как правило, стремится к образному воспроизведению конкретных событий, к сохранению точной памяти о них. Если в исторических песнях и встречаются элементы фантастики, то они немногочисленны и обычно не связаны с древними верованиями и мифологическими образами.

Основная характеристика исторических песен - соотнесенность с «внешней историей», событиями жизни государства, войн, походов, династических смен. В этом обнаруживает себя особая форма отношения к миру - историческое сознание.

В XVI веке особенно стал, заметен процесс изменения художественного сознания народа. В современной науке, к сожалению, мало внимания уделяется изучению различных процессов, происходящих в национальном художественном сознании. По мнению крупнейших специалистов, только после глубочайших исследований в области народного художественного сознания следует изучать отдельные жанры как таковые. В конечном счете, изменение художественного сознания народа способствовало коренной переработке жанров фольклора и значительной модификации их конкретного содержания. В балладном жанре формируется с XV - XVI вв. активный отрицательный женский тип героя, и с середины XVI века создаются циклы о злой жене и отравлении. Также с середины XVI века наблюдается снижение значения мужского типа героя. Добрый молодец становится лжегероем, в конечном итоге превращаясь в слабого и пассивного персонажа. Начало этому процессу отразил цикл о безвремянном молодце. Причины такой резкой перемены местами мужских и женских образов обнаруживаются в самом типе художественного сознания, складывающемся на протяжении XV - XVI вв. и наиболее ярко выразившемся во второй половине XVI века. Чтобы понять, как может изменившееся художественное сознание народа воздействовать на жанры фольклора и, прежде всего, на балладный жанр, нужно, рассмотреть внутреннюю и политическую деятельность России в этот период.

XV - XVI вв. - это период создания сильного Московского государства. В 1480 г. Московское княжество отказалось платить дань золотоордынским ханам. На рубеже XV - XVI вв. восточнославянские земли, входившие в состав Литовского княжества, стремились к воссоединению с Русским государством. Первые перешли на службу к Ивану III Верховские княжества. Вначале XVI века в результате русско-литовских войн многие территории были возвращены России, также присоединены все, ранее зависимые от Золотой Орды, княжества (последним было включено в состав Московской Руси Рязанское княжество в 1521 г.). В 1547 г. Иван IV принимает царский титул. В середине XVI века начинается освоение «Дикого поля» - земель Черноземного центра. Завоевываются Казанское и Астраханское царства. В конце века казачий отряд Ермака разгромил Сибирское ханство. К середине XVII века, всего за 70 лет, территория России распространилась вплоть до берегов Тихого океана.

Объединение Руси, создание сильного военного Московского государства, завоевание новых земель, активные войны со всеми окружающими границы России народами сформировали новый тип сознания - исторический. Это конкретное сознание государственного единства народа. В фольклоре такой процесс выразился в создании и закреплении в памяти, прежде всего исторических песен.

Внутренние процессы жизни государства позволяют нам сделать вывод о формировании с середины XVI века, так называемого личного сознания народа. В XVI веке русская община теряет свою независимость. С конца XV (Судебник 1497 г.) - по середину XVII века (Уложение 1649 г.) происходит закрепощение крестьян.

Городское население (посадские люди) объединяется для несения государственных повинностей (создание так называемой тягловой общины). Правовое закрепление исполнительных обязанностей сословий было отражено в Соборном Уложении 1649 г. Так крестьяне прикреплялись к земле, посадские люди - к выполнению городских повинностей, служилые люди - к несению военной и государственной служб. Усиление централизованного государства имело целью упорядочение и подчинение, прежде всего, собственного населения.

Такой процесс нашел в России самую радикальную форму своего воплощения. Это террор против собственных граждан. Деятельность царя Ивана IV по выведению измены, создание опричнины и наделение ее неограниченной властью - все это способствовало закреплению людей, вселению в них страха и неуверенности за свою личную судьбу. Мы наблюдаем трагическое противоречие между внешнеполитической деятельностью Ивана IV по укреплению Московского государства и террором против собственного народа, его закрепощением и объединением в целях исполнения полагающихся повинностей. Страх за судьбу своей семьи, которая в любой момент могла быть депортирована или уничтожена опричниками, отразился в процессе изменения художественного сознания людей. Появилось личное, основанное на трагическом, балладном мировидении сознание, укрепившееся в эпоху Смутного времени - времени незначимости человеческой жизни, репрессий, крестьянских войн и борьбы против иноземных захватчиков, времени фактического безвластия быстро сменяющихся монархов.

В устной народной поэзии появление личного сознания отразилось, прежде всего, в более интенсивном процессе разграничения обрядовой и внеобрядовой лирики. Внеобрядовая лирическая поэзия корнями своими уходит в обрядовый фольклор, поэтому исследователи до сих пор не могут прийти к однозначному ответу на вопрос о времени возникновения собственно лирической песни. Событие, по мере того, как оно отступало в прошлое, теряло актуальность.

Утрачивалась острота переживания момента, и песня, осмыслявшая и несшая его, подчинялась фольклорной среде, постепенно поглощалась ею, усваивалась в русле других жанров. В лирике, хороводах, в балладах и былинах можно распознать импульсы сюжета, сохраняющие память исторических обстоятельств, след исторического сознания.

Это зернышко можно угадывать и описывать, как правило, предположительно. Оно может оказаться иллюзорным - как в некоторых песнях, включаемых исследователями в Разинский цикл; или сохраниться в амальгаме поэтического образа как будто случайной, но неотторжимой частностью - как упоминание Казани в песне «Соловей кукушку уговаривал». Представление об исторических песнях как особой категории фольклорных текстов сформировалось в процессе издания песенных собраний (Киреевский, Миллер), теоретически осмыслено Б.Н.Путиловым и отражено в фундаментальном академическом своде.

Мы можем только в общих чертах рассмотреть процесс возникновения лирической и исторической песен, так как та или иная песня трактуется как : балладная, лирическая, историческая или совмещает в себе элементы разных жанров. Следует отметить, что начало такого процесса возможно со второй половины XVI века, расцвет - в XVII веке. К примеру, песня «Соловей кукушку подговаривал» представляет наглядный образец, как в одном произведении могут совмещаться различные жанровые структуры. Процесс взаимопроникновения жанровых структур относится к XVII веку, хотя в исторической поэзии имеет начало со второй половины XVI века. Такое скорое по фольклорным меркам взаимодействие жанровых систем было обусловлено схожестью эстетической платформы, на которой базируются жанры. Трагическое личное сознание определяло характер и содержание балладной и лирической поэзии. Поэтому так быстро формируется лирическая песня, в основе которой лежит жанровая специфика обрядового фольклора. Сходный процесс быстрого развития наблюдается у круга старших исторических песен, включающие в себе на этапе своего возникновения жанровые особенности лирики и баллады. Сопоставление жанров между собою попарно и их отношение к центральному звену вида, эпосу, позволяет определить их и выделить наиболее существенные свойства каждого.

Исторические песни и былины, ближе других сопряженная пара, различаются степенью замкнутости и плотности картины мира: эпос центростремителен, подчиняет элементы повествования (включая инновации) эпическому сознанию, помещая их в созданную им эпическую реальность; исторические песни постоянно балансируют между личным восприятием, признанием события как такового и принадлежностью его определенному порядку вещей.

При этом сюжеты исторических песен оказываются своеобразным индикатором, благодаря которому можно распознать стилистические движения в корпусе песенного фольклора и попытаться раскрыть процессы, формирующие его корпус как медлительный, но постоянно совершающийся процесс с определенными периодами жизни составляющих его видов и жанров. Таким образом возникает своеобразный мост между внутренней, собственной жизнью фольклора и внешней, соотносимой с событиями историческими. Укажем в качестве примера на песни о Скопине-Шуйском, бытовавшие в форме «виноградий» в северных традициях. Включение этого сюжета в севернорусскую традицию «виноградий» говорит о чрезвычайно активной роли их в развитии песенных традиций, для определенного региона и времени они стали своего рода жанрово-стилистической доминантой.

Событие, по мере того, как оно отступало в прошлое, теряло актуальность. Утрачивалась острота переживания момента, и песня, осмыслявшая и несшая его, подчинялась фольклорной среде, постепенно поглощалась ею, усваивалась в русле других жанров. В лирике, хороводах, в балладах и былинах можно распознать импульсы сюжета, сохраняющие память исторических обстоятельств, след исторического сознания. Это зернышко можно угадывать и описывать, как правило, предположительно. Оно может оказаться иллюзорным - как в некоторых песнях, включаемых исследователями в Разинский цикл; или сохраниться в амальгаме поэтического образа как будто случайной, но неотторжимой частностью - как упоминание Казани в песне «Соловей кукушку уговаривал».

Одной из древнейших по возникновению лирических песен считается «Соловей кукушку подговаривал» из собрания М.Д. Чулкова (другое ее название - «Казань-город). А.И. Соболевский считает данную песню лирической, Д.М. Балашов - балладной, Б.Н. Путилов - исторической, В.Я. Пропп - лирической с историческим фоном.

Сюжет песни строится на диалоге: молодец зовет девицу в город, та отказывается. Характерна композиция произведения, выдержанная в стиле лирических песен. Начало песни представлено в виде аллегории, столь характерной для обрядовой лирической поэзии.

 
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   Скачать   След >