Экономическое и политическое развитие в 60-х - первой половине 70-х годов

Мероприятия, направленные на осуществление программы "Союз ради прогресса", "способствовали ускорению темпов экономического развития. В целом с 1950 по 1975 г.. Валовой национальный доход латиноамериканских стран вырос в четыре раза. Регион по аграрному, сырьевого превратился в аграрно-индустриальный. Усилилось наступление на латифундизм. К 1964 в 16 странах приняты законы об аграрных реформы.

Однако политическая нестабильность на субконтиненте не уменьшалась. ее источником в начале 60-х годов стала Куба. Советский Союз стремился использовать социалистическую Кубу как плацдарм для продвижения коммунизма в Латинской Америке. В 1962 г.. С согласия Ф. Кастро СССР тайно разместил на Кубе советские ракеты и бомбардировщики. В ответ США прибегли к военно-морской блокады Кубы. Только здравый смысл политических лидеров, прежде всего Дж. Кеннеди, спас мир от трагических последствий, которыми могла обернуться эта авантюра.

Уроки Карибского кризиса не остановили последователей большевистской доктрины "ощасливлювання" народов. Компартии Аргентины, Перу, Уругвая, Эквадора, Венесуэлы, Боливии, которые не имели сколько-нибудь серьезной социальной базы, получали щедрую денежную поддержку от КПСС, прибегали к организации "партизанских отрядов", разжигание внутренних распрей, терроризма. Все это лишь усугубляло беспокойство в регионе.

Вслед за рядом военных переворотов произошли трагические события в Чили. Победа на президентских выборах 1970 кандидата левой коалиции "Фронт национального освобождения" Сальвадора Альенде, который немедленно приступил к радикальным преобразованиям - осуществление национализации основных отраслей промышленности, аграрной реформы, - обернулась социально-экономическим кризисом (падение производства, инфляция и т.д.). 12 сентября 1973 генерал Аугусто Пиночет совершил военный переворот. После этого состоялись парадоксальные события: с одной стороны, террор и репрессии (за 15 лет диктатуры Пиночета количество убитых достигло 15,5 тыс. Чел., А тех, которые пропали без вести, - 2200), а с другой - пиночетовский администрация жесткими мерами государственного регулирования обеспечила рыночные реформы и ускорение экономического развития Чили, то есть совершила преобразования, в результате своих демократических принципов невозможным существование военной диктатуры. 5 октября 1988 народ сказал "нет" Пиночету, а в декабре 1989 г.. В общих

выборах проиграл и его кандидат, архитектор чилийского "экономического чуда", бывший министр финансов Брнан Бихи. В марте 1990 г.. В стране восстановлено демократию.

Новые тенденции на латиноамериканском субконтиненте в 80-х-начале 90-х годов

Кардинальные изменения, произошедшие в жизни мирового сообщества за последние десятилетия, не обошел и Латинскую Америку. Демократия и рыночная экономика способствовали глубокой эрозии чисто латиноамериканской модели общества, которую марксисты-ленинцы рассматривали как предпосылку перехода к коммунистической формации. Милитаризм, марксизм, популизм и кредо закрытой экономики, основным генератором которой была идея замены импорта национальным продуктом, как типичные черты Латинской Америки отходят постепенно в прошлое. За исключением Кубы, везде происходили реформы. Сами попытки военных переворотов все чаще наталкивались на сопротивление внутри страны, вызвали протесты международного сообщества. За исключением Чили и Парагвая, военные везде показали свою несостоятельность достичь экономических успехов. Военные диктаторы уступили демократически избранным правительствам. Господствующей стала тенденция к политическому плюрализму.

Однако латиноамериканцы отвернулись не только от милитаризма, но и коммунизма. Если в 60-х годах многие прочили коммунизации субконтинента, то сегодня идеалы этого варианта общественного устройства полностью дискредитировали себя. На примере коммунистических стран, особенно Кубы, многие убедились, что коммунизм тормозит развитие производительных сил, ведет к обнищанию. В Никарагуа, где в 1979 г.. Власть захватили коммунисты-сандинисты во главе с "команданте" Даниэлем Ортегой, в 1990 г.. Избиратели, в которых наконец-то появилась реальная возможность выбора, решительно отклонили коммунизм.

Потерял свою привлекательность и популизм, основанный на убеждении, что государство, овладев всеми общественными рычагами, в том числе и через огосударствление экономики, улучшит жизнь. Определился поворот к разгосударствлению и приватизации средств производства, к открытости экономики, демократии и рынка. Повсеместно начался отход от системы протекционизма, латиноамериканцы стали активно включаться в мировое хозяйство. Занимать и тратить стало настолько привычно современной экономической жизни. Активизировалось привлечение американских, японских, немецких, французских, британских инвестиций. Иностранный капитал проник в самые отрасли: электротехнике, машиностроение, производство автомобилей и др. В конце 80-х годов объем зарубежных капиталовложений в экономику Латинской Америки составил около 100 млрд. Долл.

Новым в плане экономической интеграции стал выход латиноамериканских стран на мировые рынки. Североамериканское соглашение о внешней торговле (НАФТА) открывает рынки Канады и Соединенных Штатов Америки для Мексики, а со временем, возможно, и для других стран.

Выход латиноамериканских стран на новые экономические рубежи сопровождался трудностями переходного периода 1980- 1990 pp., В частности ускоренным ростом цен на товары. Так, годовая инфляция в Бразилии достигла 2750%, в Аргентине - 3 080, Перу - 7500, Боливии - 11800, Никарагуа - 14 300%. В 1989 г.. Внешняя задолженность стран континента составила 430 млрд. Долл. Половина этой суммы приходилась на Бразилию и Мексику. В то же время наблюдались спад производства, безработица, снижение реальной заработной платы. К концу 80-х годов страны региона перевели за границу 223 млрд. Американских долларов только в уплату долга и выплату дивидендов иностранным инвесторам. В то же время подушный доход латиноамериканцев был ниже, чем 10 лет назад. 80-е годы назвали потерянным десятилетием.

Такая ситуация побудила к углублению реформ, в общем плане свелось к сбалансирования бюджетов, освобождение избытка рабочих рук, стабилизации рынков, отмены ограничений, приватизации государственных предприятий. Тарифы на квоты отошли в прошлое, повсюду воцарилась свободная торговля. Результаты не замедлили сказаться. В 1993 г.. Темпы роста производства в Чили составляли 10,4%, в Аргентине 9%, В Венесуэле 7%. Пошла на спад инфляция. ее уровень в 1994 году. в Боливии и Мексике не превышал 10%. В то же время создавались благоприятные условия для инвестирования иностранного капитала. В 1989-1992 pp. Мексика, например, привлекла к своему экономического развития 35 млрд. Долл. На место самоуверенных генералов приходили ответственные политики.

Латиноамериканские страны начали переходить к реформам не все одновременно. Так, Чили осуществляла реформу уже со второй половины 80-х годов, а Эквадор начал их только в первой половине 90-х годов. В тех странах, где реформы еще четко не определились, трудности в экономике приобрели угрожающий характер. Так, в Бразилии, где спад производства замедлился, но не прекратился, ежемесячная инфляция превышала ЗО%. Спад наблюдался также в экономике Перу, годовой уровень инфляции в Колумбии равнялся 20%. Во многих странах имела место финансовая нестабильность, беспокоило экспортеров.

Экономические реформы в Латинской Америке, как и в других странах, сопровождались обострением социальных проблем. Население не желало мириться со своим положением жителей банановых республик, не желало "затягивать пояса". Почти 70 млн. Латиноамериканцев имеют дневной доход ниже 1 американский доллар. Поэтому настоятельными были требования увеличить социальные расходы: на здравоохранение, образование, обеспечение жильем и т. Д.

Характерной особенностью латиноамериканского экономического роста было то, что оно происходило в основном благодаря иностранным инвестициям.

Проблемой является и то, что только в Коста-Рике и Чили существует традиция власти закона. Очевидцы вспоминают, что во время переворота в 1973 г.. В Сантьяго танки останавливались на красный свет светофоров. В других странах до сих пор на первом плане стоит борьба с коррупцией, что является обычным явлением латиноамериканского жизни, с мафиозными кланами, с судьями, склонными подчиняться приказам представителей исполнительной власти.

Почти везде - в Уругвае, Боливии, Перу, Венесуэле, всей Центральной Америке - перспективы демократии зависели от успехов экономики. Для латиноамериканских стран с их историей власти олигархии, самоуверенных армий, военно-бюрократических хунт, бригадами смерти, партизанщиной крайних левых и крайних правых нужно время, чтобы стать демократическими государствами, и первые важные шаги на этом пути уже сделаны. В течение 80-х годов упали военно-диктаторские режимы в ИС странах региона, в частности в Боливии (1982), Аргентине и Гренаде (1983), Уругвае (1984), Гватемале (1985), Суринаме (1985-1987), Чили, Парагвае, панаме (1989), Гаити (1994). В большинстве стран переход к конституционному строю состоялся мирно. На Гренаде, в Панаме и Гаити - путем внутренних беспорядков и благодаря военному вмешательству США. В Сальвадоре и Никарагуа - через консенсус правых и левых сил. Единственный диктаторский режим на территории Латинской Америки - это коммунистический режим Ф. Кастро на Кубе, который за более чем 40 лет своего пребывания у власти не смог даже удовлетворить минимальные потребности своих граждан. Прекращение с распадом СССР "братской помощи" поставило режим в сложное положение.

Таким образом, события 80-х годов показали, что латиноамериканцы считают недопустимыми военные режимы. Демократия создавала условия для народовластия, и то, что чилийцы и боливийцы в 1988 отвернулись от генералов Аугусто Пино-чета и Хьюго Банзера, а в 1990г. Никарагуанцы, которым был дан шанс, сбросили Даниэля Ортегу, было справедливым и закономерным ее выражением.

 
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   След >