Характерные видоизменения в формате международных отношений после 11 сентября 2001

События 11 сентября 2001 вызвали глубинные сдвиги во всей системе международных отношений, изменили конфигурацию международных связей и союзов, осветили оценки и подходы разных стран и политических группировок в тех явлений и процессов планетарного масштаба, решать которые можно только совместными усилиями всего человечества. Скорость, с которой сформировалась антитерористич-на коалиция во главе с США, была адекватна неожиданном вызове международного терроризма.

Военная операция США и их союзников в Афганистане в октябре - ноябре 2001 г.. Под кодовым названием "Несокрушимая свобода" завершилась разгромом талибов и баз террористической организации "Аль-Каида". Значительные изменения произошли в регионе Среднего Востока и Средней Азии. В Афганистане к власти пришли силы, целью которых было покончить с внутренними войнами, частично спровоцированными внешней интервенцией, и начать демократизацию этой полу-средневековой страны. Соединенные Штаты Америки пришли в район традиционного российского влияния - Среднюю Азию. Со странами этого региона они заключили целый ряд военных, экономических и финансовых сделок. В конце 2001 г.. Оказались и сошлись приоритетные национально-государственные интересы США и России. Довольно прохладные отношения изменились потеплением и сближением. Только в 2001 г.. Состоялось 17 встреч между государственным секретарем США Колином Пауэллом и российским министром иностранных дел Игорем Ивановым. В ситуации, сложившейся американской администрации крайне необходима была поддержка России, которая контролировала силы Северного альянса, боролись против талибов, имела опыт 10-летней войны в Афганистане и могла повлиять на руководство середиьоазийських республик в плане использования антитеррористической коалицией военных баз в этих странах . А для российского президента Путина это был шанс для решения ряда внутренних проблем. Следовательно, Россия дала зеленый свет на использование бывших советских аэродромов в Средней Азии, открыла второй фронт против талибов, оперативно перебросив оружие, снаряжение и военных советников Северном альянсу. Таким образом, после 11 сентября 2001 на базе борьбы против международного терроризма стала формироваться ось "Россия - США".

Пытаясь освободить свои отношения от негативных напластований прошлого, Россия и США пошли на взаимные уступки. С и январь 2002 Россия закрыла свою военно-морскую базу во Вьетнаме (Камрань) и радиоэлектронное центр на Кубе (Лурдес, вблизи Гаваны). 24 мая Россия и США подписали договор о сокращении стратегических вооружений, согласно которому в течение следующих 10 лет обе стороны должны сократить количество ядерных боеголовок, находящихся на боевом дежурстве, до 1700-2200. Это был шаг США навстречу России, которой в нынешних условиях трудно удерживать существующий ракетно-ядерный арсенал. Вялой оказалась и реакция России на заявление США от 13 июня 2002 о выходе из системы ПРО 1972 США со своей стороны дали понять, что готовы в ближайшее время отменить дискриминационный закон Вэника - Джексона, оказать поддержку России в осуществлении ее планов по вступлению в ВТО и др.

Поддержав США в антитеррористической кампании, Россия достигла двух важнейших для нее целей. Во-первых, талибы - исламские фундаменталисты, которые угрожали районам российского влияния (Средняя Азия) и южным рубежам России, были разгромлены американцами. Во-вторых, мятежная Чечня была провозглашена анклавом международного терроризма, а действия российской армии в Чечне - составной всемирной борьбы с терроризмом. Такая формулировка давало возможность, не оглядываясь на Запад и мировую общественность, решительно вести борьбу с чеченским сепаратизмом.

Несмотря на некоторое потепление в отношениях между Россией и США, между ними остается немало разногласий и даже противоречий. В России царит антиамериканизм, перенесенный еще с советских времен и преумножен в годы независимости. В этот период его подпитывали настроения, порожденные проигрышем "холодной войны", крахом империи, социально-экономическими проблемами и тому подобное. По данным российских исследователей Н. Носова, С. Рогова, Н. Шмелева, А. Уткина в среде российской элиты прозападные настроения не превышают 10-15%.

Анти американские настроения преобладают и среди широкой общественности. США, в свою очередь, не свободны от антирусизму. Американская общественность воспринимала Россию как страну сомнительной демократии и растущего авторитаризма. Формированию таких настроений "способствовали" события в Чечне, российский дефолт 1998 p. Поэтому противников сближения с Россией в США немало. Так, советник Дж. Буша по национальной безопасности К. Райс считает, что США остановить распространение влияния России на страны СНГ. США беспокоит российская политика "собирания земель". Кроме того, они подозревают Россию в неконтролируемом поставках оружия тоталитарным режимам. Обе стороны не смогли преодолеть инерцию ядерного противостояния времен "холодной войны". Не исчезла недоверие. Так, Пентагоном разработаны планы применения ядерного оружия в случае непредвиденных обстоятельств. Среди семи стран-объектов фигурирует и Россия.

Россия, со своей стороны, была обеспокоена усилением американского влияния в Средней Азии (Таджикистан, Узбекистан, Киргизия) и на Кавказе (Грузия). Во второй половине 2002 p., Когда обострился кризис вокруг Ирака, она заявила о никак легитимность планируемой военной акции США без санкции ООН. Не последнюю роль в расшатывании "оси" играют и нефтяные интересы обеих стран.

Ситуативность или продолжительность оси "Россия - США" будет зависеть от того, какие интересы в американо-российских отношениях получат приоритет: общие, сближающие или противоположные, противоречивые. Это будет зависеть и от того, насколько руководство обеих стран будет заряжено политической волей рационально решать узлы будничных проблем.

В определенной степени российско-американское сближение, что происходило на фоне ухудшения западноевропейской-американских отношений, стало для США своеобразной компенсацией. То, что накапливалось годами в отношениях между США и их европейскими партнерами, после событий 11 сентября вышло на поверхность. Не отказавшись от от участия в антитеррористической операции на стороне США, европейцы, однако, обнаружили свое видение методов решения проблемы борьбы с международным терроризмом. Так, если США операцию в Афганистане считают только началом силовых действий против международного терроризма, то их европейские союзники настаивают на использовании, прежде всего, политических факторов. По сути, окрепла Европа предложила США новый формат отношений - отношений равного партнерства. Идею самостоятельного решения собственных проблем Европа сделала стержнем своей видоизмененной политики.

Основой формирования новой модели мировой политики европейских государств было достижение Европой в конце XX в. экономического паритета с США и те изменения, которые произошли на рубеже 80-90-х годов XX в. Опасность, исходившая от СССР, исчезла и основания Североатлантического солидарности, в которой Америка была главным фактором сдерживания, оказалось размытым. Европа стала способной самостоятельно наводить порядок в собственном доме. Не случайно ЕС свои экономические и политические структуры начал дополнять и милитарными, а европейские СМИ заговорили о возможности реализации в недалеком будущем или хотя бы в перспективе европейской идеи в форме Соединенных Штатов Европы.

Самоутверджуючись, Европа очерчивала свою позицию, не совпадает с глобальными интересами США. В частности, европейцы не признали "исламский мир" как угрозу и врага N ° 1 им чужда идея мира "по-европейски". Европу не устраивает монополярнисть мира. Европейцы негативно воспринимают нежелание США запретить смертную казнь, противопехотные мины. Серьезные разногласия в позициях США и Европы существуют по проблемам Ближнего Востока, в том числе и израильско-палестинского. Европейские лидеры настороженно относятся к нежеланию американского руководства советоваться с Европой. Да и саму внешнюю политику США после 11 сентября 2001 западные союзники восприняли как гегемонистский курс, как заявку на утверждение системы монополярного мира. В действиях США они видят угрозу превращения антитеррористической кампании в средство ограничения политических прав и свобод. Не отрицая необходимости антитеррористической операции, Европа выступает против ЕЕ глобализации.

В такой ситуации различия между Европой и США могут углубиться. И все же назвать это какой-то глубоким кризисом в недрах Североатлантического цивилизации было бы ошибкой. Просто изменились императивы времени. Сложившиеся реалии в мире, требуют новых параметров в международной жизни, параметров равноправного партнерства, в том числе между Европой и США.

 
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   След >